Обеими руками пытается удержаться, схватить свое кареглазое счастье.
Он слышит ее негромкий стон, видит, как в немом удивлении округляются полноватые, слегка припухшие от поцелуев губы.
Откуда у Белого берутся силы – он и сам не знает. Но у него получается подхватить любимую и опустить, вонзаясь в нее еще раз.
Руками малышка упирается в его грудь, разводит пальцы, слегка царапает кожу. И вновь двигается вверх, прогибается в спине, и опять вниз. Каждое проникновение получается глубже, острее. Девочка впускает Федю в себя до самого основания, до чертовых звезд перед Федиными глазами.
До чертового звездопада!
Белый жадно хватает ртом острый сосок, облизывает, поигрывает. Малышка стонет громче и двигается на нем... двигается так, словно чувствует Федю, интуитивно знает, как ему нужно.
Он улетает. Срывается. Рвет темп. Насаживает девочку на себя. Рычит, точно дикий зверь.
Тело взрывается удовольствием, и через гул, стоящий в ушах, он умудряется разобрать сиплый шепот своей девочки:
– Мой Феденька.
..
Одним рывком Белый переворачивается. В последний раз толкается в тесное лоно. Замирает.
Он все еще смотрит в карие глаза. И малышка смотрит на него.
Что ты видишь во мне, родная? Ты же все видишь? Меня видишь? Мои чувства? Да?
– Люблю!
Он шепчет в ее губы. Припечатывает. Ставит свое клеймо на этой хрупкой и невероятно любимой девочке.
Все. Не отдаст. Никому. Никогда. И раньше не собирался, а сейчас – и подавно. Скорее сдохнет.
Прикрывает веки. Утыкается лбом в хрупкое плечо.
Так, нужно освободить малышку от тяжести тела.
Но у Белого словно все тело парализовано эйфорией. Не может он сдвинуться.
Надия тянется к его виску. Целует. Он чувствует ее губы. Чувствует ее улыбку.
– Мне очень понравилось, – слышит он ее шепот.
Теперь и Федя тоже улыбается. Широко, как пацан, получивший охеренный подарок.
Впрочем, так оно и есть. Надия – его подарок.
***
Он помнит о своем обещании. Внимательно смотрит на свою девочку. Плавно поднимается с постели, берет Надию на руки.
И вновь не справляется с эмоциями.
Не может, не понимает как, скрыть пацанскую улыбку.
Несколько шагов до ванной комнаты Федя делает под звонкий смех малышки. Он и сам готов смеяться в голос. Все внимание отдано девочке, ее глазам, губам, водопаду темных, цвета молочного шоколада, волос.
Уже в ванной Белый слегка хмурится. Ищет подтверждения тому, что малышке если не больно, то дискомфортно. Он ведь совсем не мелкий. Уж чем-чем, а природа габаритами его не обделила.
