– Ты из головы не выходишь, Любава, – продолжает шептать Борька, – я знаю, это не просто секс.
– Только не говори, что любишь меня! Не поверю, – возражает Люба напряженно.
– Не буду. Потом поверишь, – мягко усмехается Боря. – Главное знай, что я тебя не отпущу.
Люба готова расплакаться от шквала эмоций. Говорить она не может. Но слова пока и не требуются. Вместо них говорят тела.
***
Боря водит локоном, намотанным на палец, по безгранично обожаемой им груди. От легких почти невесомых ласк сосок твердеет, а Борька довольно улыбается.
Любава шевелится во сне и пытается укрыться. Но Боря тут же тянет одеяло вниз.
Он дико скучает. У него ежедневно случаются приступы ревности, паники, маразма. А все потому, что у него девушка – невероятная красавица и умница – живет заграницей. И ему кажется, что каждый мужик на планете хочет оказаться на его месте.
Положение усугубляет тот факт, что Любаве остается учиться еще два года. А Боря не может бросить все и обосноваться рядом с ней. Вот и мотается едва ли не каждую неделю.
А на этот раз Любава прилетает к нему сама.
Отношения на расстоянии убивают. Но у Бори и мысли не возникает, чтобы их прекратить. Наоборот.
Все еще посмеиваясь, Борька тянется к прикроватной тумбе.
У Белявского имелся план. Он собирался сводить Любаву в шикарный ресторан, и уже там, под звуки романтической музыки встать на одно колено и преподнести кольцо.
Но план летит к чертям, когда Любава, его любимая девочка, крепко обнимает его за шею в здании аэропорта и шепчет на ухо всего одну фразу:
– Не могу без тебя.
Боря мчит тачку домой. Какой уж ресторан? Потом, все потом. Главное, успеть добраться до кровати прежде, чем у Бори откажут тормоза.
Они успевают. Но после уже не до ужина. Любава, уставшая после перелета и счастливая после занятий любовью, засыпает. А Боря охраняет ее сон, чтобы разбудить через час. И опять заставить шептать те самые заветные слова, которые отчаянно ждет.
– Любава?
– Я сплю.
– Хорошо, спи, – милостиво разрешает Белявский и надевает кольцо на безымянный палец.
Тонкий ободок садится идеально. Впрочем, Борька не сомневается в размере.
– Боря! – сонно моргает девочка.
– Все, теперь можешь спать, – разрешает Борис и устраивается рядом на подушке, обнимает Любаву, рукой уже привычно накрывает обожаемую грудь.
– Белявский! – шипит Любава. – Что это?
– Любава, это кольцо.
– Боря! – это уже сказано с угрозой, а Борька улыбается, сверкая всей челюстью.
– Ну что? Ты же спать хотела, – напоминает Белый.
