Сама по себе, свободная. От пошлого у нее осталась только плеть…. Хотя и плеть тоже новая. Прежнюю испортил император, когда она еще не знала, кто он такой.
— Мерзавец, — фыркнула, нащупывая на поясе тяжелую рукоятку, — какой же все-таки мерзавец.
Кажется, или в голосе проскочило восхищение? Этого она сама не поняла, поэтому смутилась.
Ей предстоял долгий путь. Когда-то давно в минуты слабости, сидя одна в своей темной комнате, она мечтала покинуть Милрадию. Добраться до Рыжего Моря, сесть на корабль и уплыть в одно из островных государств.
Не важно какое, главное подальше отсюда. Теперь мечта становилась реальностью.
Она уже в пути, и ни что ее не держит в Асолле. Совсем ничего! А то, что внутри ломит — это просто слабость, после лазарета. Пройдет.
К вечеру, миновав несколько постов, они добрались до небольшой деревни. В эту сторону валлены не шли, поэтому местные не бросали своих домов, не перебирались в Асоллу под защиту купола и воинов. Просто жили. Хоть и были настороже.
Мелену пустила переночевать пожилая женщина с усталым, изрезанным морщинами лицом, выделила место на низкой лежанке в углу, накормила и даже предложила старого зерна вирте.
— Я сама, — Мел забрала у нее ведро и вышла на крытый двор, где на ночь осталась Дорна.
Подношение она приняла милостиво. Фыркая и увлеченно размахивая хвостом, нырнула мордой в ведро, а Мелена, пристроилась на тюках с соломой и неспешно жевала кусок хлеба. В хлеву за стенкой настороженно мекала коза, а в дальнем углу, в утепленном домике квохтали куры.
Так непривычно.
Дорна мигом покончила с зерном, опрокинула ведро и приблизилась к Мелене, с явным намерением отобрать хлеб.
— Держи, — Мел протянула ей кусок на раскрытой ладони, и мягкие губы тут же его прихватили, — обжора.
Та самая вирта, которая доводила ее во время чистки стоил, сама решила отправиться с ней.
Это случилось, когда Мел подошла к навесу, неся упряж на плече. Она намеревалась взять первую попавшуюся лошадь и уехать из города, но перед ней словно из ниоткуда появилась вирта.
Посмотрела так серьезно, подозрительно, принюхалась, а потом встала так, что мимо не пройти. Попросту не пропустила Мелену к конюшням.
И тогда один из андракийцев, стоящих неподалеку, с усмешкой сказал:
— Она с тобой хочет. Бери ее.
Ну Мелена и взяла. Почему нет?
* * *На утро, едва рассвет занялся в полную силу, Мелена покинула приютивший ее дом.
