— Ты такая хорошенькая.
В янтаре заблестели слезы. Эсса поджала яркие, пухлые губы, словно боялась издать хотя бы звук.
— Теперь все будет хорошо.
После этих слов ее прорвало. Она заревела. Горько навзрыд, и бросилась на шею к Мелене.
— Тише, тише, — та гладила ее по спине, с трудом проглатывая горький ком, перекрывающий горло и мешающий дышать, — ты в безопасности.
Попытка отцепить от себя детеныша безнадежно провалилась. Маленькие ручки оказались такими сильными и цепкими, что Мел смирилась. Наоборот, подтянула девочку к себе и усадив на колени, тихо покачивала из стороны в сторону.
"
"Она не умела рассказывать сказки, не знала песен и добрых историй, которые обычно рассказывали детям перед сном, поэтому просто начала говорить:
— Хочешь, я расскажу тебе про Милрадию? — и не дожидаясь ответа, — она большая и очень красивая. На западе ее омывает Рыжее море, на востоке за рекой Стер, раскинулись степи. На Юге — солнечный Чаэр, а на севере — Сторожевая Гряда. За ней спряталась Долина Изгнанников, а еще дальше Андракис.
Ты когда-нибудь слышала, про Андракис?
Прислушиваясь к ее спокойному голосу, девочка затихла и перестала всхлипывать.
— Он большой. И странный. Раньше он казался злым, но теперь я понимаю, что это не так. Так живут такие же люди, как и мы. Только некоторые из них умеют использовать магию.
При слове «магия» девочка встрепенулась и посмотрела с интересом.
— Хочешь фокус?
Она кивнула. И тогда Мел, уже привычно обратилась к своим силам и направила их на каменный пол, поднимая из него крылатую фигуру.
Маленькую рысь, точно такую же как сама Эсса.
— Нравится?
Эсса коротко кивнула и улыбнулась.
— А еще в Андракисе живут кхассеры. Крылатые звери. Как и ты. Они разные и совсем не такие плохие, как я думала раньше…Я уверена, что ты побываешь в Андракисе. Тебя непременно туда отвезут и покажут замок императора.
Она знала, что Маэс не оставит малышку на произвол судьбы и сделает все, чтобы девочке было хорошо. И это правильно. Хватит с нее бед и лишений.
Пусть будет счастливой за них за всех.
— Что скажешь?
Эсса молчала.
— Не можешь говорить?
Удрученно покачала головой.
Сколько же времени она провела в зверином обличии, раз не помнит какого это, говорить по-человечески? Да и с кем она особо говорила? С чокнутым папашей? Или с Софи, которая тоже спряталась в безумии от жестокой реальности?
— Ничего. Тут знаешь, какие чудотворцы есть? Они мигом тебя и говорить научат, и петь, и даже танцевать.
