Поэтому, решив избежать утреннего разговора, убрала весь бардак. Чтобы потом ему было стыдно, что за ним его хаос весь убрали.
Но он молча, ни проронив ни слова, собрался, дождался меня, держась за больную голову, и мы поехали на работу. Чтобы не тухнуть с ним в одном кабинете, решила выйти на улицу. Погода хорошая, тёплый ветерок ласкает кожу, а свежий воздух попадает в ноздри, делая настроение каким-то… воздушным. Лёгким. Летним.
Рассматриваю вывеску и думаю, на что сменить сверкающую полуголую девушку.
Смотрится некрасиво, вульгарно, да и уже приелась. Нужно что-нибудь другое. Незаезженное, но точное, меткое.
Стоит переговорить с дизайнером, но потом, когда у меня будут варианты.
– Решили навести марафет, Ярослава Максимовна? – Григорий, охранник в дневное время, отвлекает меня от мозгового штурма.
– Да, – прислоняю шариковую ручку к губам и ловлю себя на вредной привычке – кусать колпачок. – Пока есть желание, надо…
Стоит сказать эти слова, как рвение заниматься всем этим пропадает.
Хочется сорваться с места и, не видя ничего вокруг, сбежать и спрятаться где-нибудь вдали от Эмина.
Он выходит на улицу, встаёт рядом. Смотрит вверх, туда же, куда и я.
– Ты, как будущая владелица, уверена, что её нужно трогать? – общается со мной как ни в чём не бывало. У меня жгучее желание проигнорировать его. Сделать вид, что мне больно, обидно, и я не хочу с ним говорить. Но хоть во мне и бурлит, как в котелке на огне, сквозь зубы сухо чеканю:
– Да.
– И на что?
– Пока не знаю.
Специально делаю такой тон, говорящий с самого начала об одном: «отвали от меня».
Глаза болят смотреть в небо, но не знаю, куда их деть. Шея затекла, и я, всё же не выдержав, отворачиваюсь. Осматриваюсь по сторонам, думая, где присесть, лишь бы не стоять с ним рядом.
Мне не неприятно, нет.
Просто при виде него внизу живота тянет, напоминая о нашей маленькой ошибке."
"По-другому я никак не могу это назвать. И горько, и досадно. Болит всё изнутри.
Без Громова я забыла об этом на какие-то десять минут.
А тут он… И мне вновь приходится задуматься о тяжелом для меня решении.
– Ярослава Максимовна, – окликает меня Григорий, – кажется, у вас завёлся фанат.
Взгляд скользит на улыбающегося охранника, который кивает на место рядом со мной.
Смотрю вниз, натыкаюсь на тёмную макушку и недоумённо смотрю в карие глаза маленькой девочки, впивающиеся в меня с… восхищением?
Теряюсь от её внимания, от неё самой.
