– Вот здесь ее головой и приложили, – указал на стену эксперт. – Отпечатков пальцев тут мало, более половины смазанные. В этом углу только ее квартира, даже соседская подальше будет. Ну много ли людей в этом месте хваталось за стену?
– Немного, – согласился Гуров.
– Вот и я о том же, – пожал плечами эксперт.
– А что по характеру расположения отпечатков пальцев?
– Тоже непонятно. Позднее смогу сказать, но сейчас… вы уж извините.
– А дверь квартиры осмотрели?
– Да. Тоже пока без ответа. Отпечатки пальцев есть.
Наиболее четкие в районе дверной ручки и чуть ниже.
– Чуть ниже? – не понял Гуров.
– Может, она ползком до дома добиралась, – усмехнулся эксперт. – А вообще-то это хорошо, что люди редко моют двери с внешней стороны. Как видите, иногда может пригодиться. Отпечатки пальцев маленькие, будто детские. Но выводы делать рано.
Гуров подошел к входной двери и внимательно осмотрел замок.
– Попыток взлома не вижу, – сказал он. – Дверь заперта. Она шла домой, когда все случилось, или, наоборот, из дома?
– Домой, – подала голос Виктория Сергеевна.
– На обуви были грязевые разводы. Но на полу вы их не найдете, потому что пока она поднялась на четвертый этаж, она практически вытерла подошву обуви о ступени. Но на лицевой части ботинок грязь сохранилась.
– Не сказать чтобы она сильно сопротивлялась, – подал голос второй сотрудник, сидящий на корточках. – Я бы сказал, что она была пьяна и пыталась станцевать вальс. Ее следы расположены хаотично, будто бы на льду ноги разъехались. И отпечатки подошв именно от ее ботинок – здесь даже экспертиза не нужна, там рисунок запоминающийся.
А вот тот, кто на нее набросился, оставил очень странные отпечатки. Следов подошвы не видно. Очевидно… ну я не знаю… – Он распрямился и задумчиво взглянул на пол. – Как будто он был в бахилах.
– Спасибо. – Гуров повернулся к Виктории Сергеевне. – А что там с сумкой?
– Женя, покажи сумку, – попросила следователь.
Женей оказался тот парень, который занимался осмотром стены. Он подошел к своему чемодану и вынул из-за него пакет.
Гойда и Крячко подошли ближе. Желтая с черными разводами сумка, которую вынул из пакета Лев Иванович, оказалась сделанной не из кожи или ее подобия, а из плотного тканого материала. Она напоминала торбу, в которой все предметы, как правило, всегда болтаются в одной куче."
"– Паспорт у меня, – напомнила Виктория Сергеевна.
– Перчатки дадите?
Женя протянул Льву Ивановичу перчатки.
– И мне, Женя, – попросила следователь. – Спасибо.
