— Камилла.
От этого имени эффект не меньше, чем от взорвавшейся в Тихом океане морской бомбы. Из груди Волкова вырывается сдавленный звук. Несколько секунд наблюдаю за быстро сменяющимся выражением лица Димона. Волков почти незаметно передёргивает мощными плечами — так, что дельтовидные мышцы резче проступают через тонкую белую ткань футболки.
Потерев затылок, друг с расстановкой тянет, глядя из-под широких бровей:
— А какой резон этой стерве идти на твои условия? — щурит глаза, добавляя: — Зная тебя, я, конечно, уверен, что сумма более, чем впечатляющая.
Однако, сам знаешь, Савда не допустит, чтобы…
— За хорошие отступные Камилла Юсупова пойдёт на многое, если не на все, — перебиваю и добавляю более холодно. — Даже против семьи. В глазах Димона что-то мелькает, и он кивает, соглашаясь, а затем, не сдержавшись, шокировано свистит.
Друг недоверчиво озвучивает вслух кругленькую шестизначную сумму, обозначенную на подготовленных для Юсуповой документах.
— Здесь лишний ноль или мне показалось?
Не отвечаю на этот риторический вопрос с издевкой.
Лишь в шутку недовольно хмурю брови, постукивая ручкой по столу.
— Не свисти, денег не будет.
Ради Мирьям я пойду на многое, и не повезет тому, кто встанет на моем пути. Деньги — ничто, по сравнению с тем, что я жажду увидеть в ее глазах, когда Юсуповы поймут, что не в силах что-либо сделать.
В зелёных глазах друга мелькает что-то так похожее на еле сдерживаемый смех.
— Поверь, свяжешься с Камиллой — так и будет. До сих пор не понимаю, как она умудрялась спускать мои *боевые с такой завидной скоростью.
Меня радует, что несмотря на то, что произошло между Камиллой и Волковым в прошлом, по прошествии времени, друг способен шутить на эту тему вполне искренне, пусть и с нотами сарказма.
В коридоре раздаётся громкий стук острых шпилек по мраморной поверхности керамогранита. Его не в силах приглушить даже плотно закрытая дубовая дверь в кабинет.
— Давид Мансурович занят! — звонкий настойчивый голос личного секретаря заставляет меня приподнять бровь и переглянуться одновременно с Волковым.
— Уйди с дороги, — шипит раздраженно. — Мне назначено!
Этот язвительный, полный пафоса голос с истеричными нотами, очень сложно перепутать с чьим-то еще. Камилла Юсупова. Мгновенно безошибочно идентифицировав женский тембр, Волков морщится, как от острой зубной боли и бурчит: — Стоило упомянуть эту дрянь всуе…
Несмотря на то, что я оценил шутку друга, ни один мускул на лице не дрогнул.
