Распахнула дверь и уставилась на подругу, по выражению ее лица силясь понять, какие новости она принесла.
Лима не стала долго меня мучить и сразу выдохнула:
— Вернулся.
Из меня как будто все кости разом вынули. Тело обмякло и стало непослушным как желе. Попятившись, я покачнулась и прислонилась плечом к стене. От перенапряжения задрожали колени и начала болеть голова. Если бы я могла, то сейчас обратилась бы с благодарственной молитвой ко всем богам сразу.
— Живой?
— Да, — закивала Лима, а потом закусила губу: — Только…
Тревога, которая уже начала отступать, вновь дала о себе знать.
— Что?
Сделав шаг вперед, она вошла в мою комнату, плотно закрыла за собой дверь и только потом затараторила:
— Он перенесся прямо в кабинет. Такой хлопок был, словно что-то упало. Я уже хотела бежать посмотреть, что случилось, а тут дверь как распахнется. И он стоит. Весь перепачканный, уставший. Я как увидела, аж разрыдалась.
— Представляю, — пробормотала я, пятясь в сторону стула. Мне срочно требовалось принять сидячее положение.
— Даже обняла его. Совсем чуть-чуть.
Лима слегка покраснела или мне почудилось? Может, ее рассказы о безразличии к начальнику всего лишь рассказы?
— А господин Форест и говорит, что на сегодня я свободна. Он устал и отправится домой.
— Логично, — кивнула я. — После того, что произошло. Так в чем проблема?
— Мне кажется, — заговорщицки шепнула Лима, — нет, я почти уверена, что он ранен. И серьезно.
Я кивнула.
— И это неудивительно. Но, думаю, там его должны были подлечить.
Так что волноваться нечего.
— И ты доверяешь этим целителям⁈ — ахнула Лима, которая явно рассчитывала на мою поддержку.
— А почему нет? Уверена, что там работают настоящие профессионалы.
«Которым не приходится решать, откуда взять лекарство и как бороться с самодельными настойками на грибах», — мысленно добавила я.
— А я больше доверяю тебе, — продолжила напирать Лима.
Похоже, я начала догадываться, что от меня требуется.
— Ты предлагаешь мне…
— Исполнить свой долг целительницы и навестить пациента.
— Даже если он этого не хочет? — поинтересовалась я. — Потому что если бы хотел, явился бы в лечебницу."
"— Миранда, я волнуюсь, — снова затараторила она. — Я когда его обнимала, сразу почувствовала жар. И его слегка трясло. И он был очень уставшим. И за бок держался. А вдруг господину Форесту сейчас плохо и больно? Вдруг это лихорадка? Или яд? Ты же знаешь, какие это твари ядовитые! Надо же что-то делать. Нельзя его бросать там одного.
