Нельзя, чтобы она видела меня разбитой. Хотя, думаю, Рита и так все чувствует, несмотря на возраст.
Один годик.
Наш первый день рождения.
— Так, загадывай желание и задувай свечу! — объясняю малышке, а она лишь ресничками хлопает и ручку к кексу тянет. Слежу, чтобы не обожглась о пламя.
Прикрываю глаза на секунду. Загадываю Рите здоровья и счастливой жизни.
— Нужно сделать вот так, — дую в пустоту, показывая дочке. — Попробуешь?
Любуюсь моей маленькой красавицей, завороженно смотрю, как в ее глазах переливается карамель, играет оранжевыми всполохами.
Невероятный цвет. Впервые такой у нее увидела.
Рита смешно сводит бровки, изучает меня внимательно, слегка кивает. Переводит внимание на кекс. Вся такая решительная сейчас, боевая, как Маша из мультика.
— Пф-ф-ф, — делает губки вертолетиком, но вместо воздуха брызгает слюнками.
Незаметно помогаю ей задуть свечу. Вместе хлопаем в ладоши, смеемся.
Позволяю крохе расковырять кекс и измазаться в сливках. Много сладкого она не съест. В основном, по себе размажет.
Да и аллергией мы не страдаем. Так что пусть побалуется ребенок.
Присаживаюсь рядом. Краем глаза ловлю огонек с другой стороны.
Вторая свечка-единичка все еще горит…
И не будет задута. Сама потухнет, совсем как…
Судорожный вздох. И опять улыбка, перемешанная с гримасой боли.
— Так, Ритка-Маргаритка, — чмокаю дочь в измазанную щечку, чувствую сахар на губах. — Сейчас мамочке придется уйти на пару часиков. Потому что мой будущий босс назначил собеседование именно на сегодня, — вздыхаю недовольно.
— Но мамочке нужна эта работа, чтобы получать денежки и баловать любимую булочку, — щелкаю по носику, а дочь хохочет. — А вечером уговорим папочку куда-нибудь сходить. В парк или детское кафе, — размышляю вслух.
— Я буду поздно, — равнодушно гремит за спиной, а в нос проникает чужой запах.
Не выдержав, встаю, подхожу к окну и открываю форточку, впуская свежий воздух.
— Что тут у нас? — довольно проговаривает Антон, а следом раздается скрип деревянного стула.
Резко разворачиваюсь.
Муж сидит на том самом месте!
Вальяжно развалившись, тянет руку к горящей свече. Зажимает пламя двумя пальцами, даже не поморщившись от боли или дискомфорта. Вытаскивает единичку и небрежно отбрасывает в сторону, как мусор. Остатки сливок пачкают стол.
Антон берет нетронутый кекс и запихивает в рот, откусывая едва ли не половину за раз.
— Первый День рождения, — выдыхаю разочарованно. И многозначительно киваю на Риту, а потом возвращаю взгляд на брошенную свечку.
