И не где попало, а за границей! В лучшей клинике! Сумма ведь немаленькая…
— Это было лишним, — шепчу я, но начинаю себя виноватой чувствовать. — Я убеждала его, что у нас ЭКО делают не хуже. Хорошо, хоть рожать туда не повез… — вспоминаю наши с мужем споры.
— Зато с первого раза все получилось. У нас по несколько попыток женщины проходят — и все впустую. Все Антоша правильно решил, — отмахивается мама, будто разочаровавшись в своей глупой, непутевой дочери. — Хороший у тебя муж. И после того, что случилось… — не озвучивает, потому что боится моей реакции.
Я и сама боюсь. Думала, вообще с ума сойду, но нашла в себе силы справиться. Ради Риты.
— Антон ведь рядом находился все время, — бросает главный аргумент. — Пока ты в депрессии была. И сейчас, считай, о чужом ребенке заботится.
О чужом? Не выдерживаю и взрываюсь.
— Мама! — вскакиваю с места и лицом к маме поворачиваюсь. — Не смей так говорить! Это был наш единственный шанс на полноценную семью! Рита — НАША дочь. Отец — тот, кто воспитал…
— Опять высокопарные слова.
Ты книжек перечитала, филолог, — закатывает глаза. — Мужики — собственники. В отношении детей — тоже! — не сдается она, давит своим мнением. — Так что соберись и займись своей семьей. Год прошел. Пора выбираться из ямы отчаяния. Вторую малышку ты не вернешь, а так можешь и мужа потерять.
Понимаю, что спорить нет смысла. Возвращаюсь к зеркалу молча. Делаю последние штрихи — и я готова к собеседованию. Нервничаю дико, потому что от его исхода зависит многое.
В прошлом месяце Антон заявил, что Рита — черная дыра, высасывающая деньги.
И ограничил нам финансы. Вот так он «заботится» о нас, но маме жаловаться не хочу. Она и это истолкует по-своему.
В одном она права — пора очнуться и взять жизнь в свои руки. Ради Маргаритки.
Подхожу к дочери, обнимаю ее, слегка касаюсь губами щечки и тут же след от помады стираю.
«Еще раз с Днем рождения, моя булочка!» — шепчу на ушко, отчего дочь хохочет, и ухожу.
Глава 2
«Шторм Медиа» — мельком цепляю взглядом название холдинга, где хочу получить работу, и буквально врываюсь через стеклянные двери в огромный, строгий холл.
Показываю охраннику документы, запоминаю, куда мне идти, — и мчусь к лифту.
Время.
Взгляд — на золотые часики, что мне еще отец дарил.
Успеваю. Но это не мешает мне нервничать.
— Придержите лифт, пожалуйста, — выпаливаю я, цокая каблуками по мраморному полу.
Испепеляю взглядом широкую спину мужчины, который входит в лифт и нажимает кнопку нужного этажа.
