Охранники подвели его к одиночному стулу на дальней стороне стола и посадили.
– Вы хотите, чтобы мы остались? – спросил Шпандау.
– Нет, спасибо.
– Если что понадобится, они будут за дверями.
Шпандау кивнул охранникам, и все трое вышли из кабинета. Раздался звук задвигаемой щеколды и поворачиваемого в замке ключа.
Пендергаст некоторое время продолжал смотреть на закрытую дверь. Потом он сел за стол и посмотрел на человека, сидящего напротив. Тот выдержал его взгляд. Лицо неизвестного оставалось абсолютно бесстрастным.
Он был высок, мускулист, с широким лицом, высоким лбом и густыми бровями.
Довольно долго они без слов разглядывали друг друга. Наконец Пендергаст нарушил молчание.
– Я намерен вам помочь, – сказал он. – Если вы мне позволите.
Человек не ответил.
– Вы жертва в той же мере, что и я. Вы были не меньше меня удивлены, когда в ту комнату стал поступать газ. – Голос Пендергаста звучал мягко, проникновенно, чуть ли не уважительно. – Вас сделали козлом отпущения или, говоря на уголовном языке, использовали как шестерку.
Это не очень приятно. Так вот, я не знаю, почему вы взялись за это дело, почему согласились напасть на меня или что вам за это пообещали. Я знаю только, что это был заказ, а не личная месть, потому что я вас в жизни не видел. Вас подставили, обманули, использовали, а потом бросили на съедение волкам. – Он помолчал. – Я сказал, что готов помочь вам. И я вам помогу, если вы скажете, кто вы такой и на кого работаете. Больше мне ничего не нужно – всего два имени.
Остальное я сделаю сам.
Человек продолжал смотреть него с тем же бесстрастным выражением.
– Если вы и дальше будете молчать из чувства ложной преданности, то позвольте объяснить: вас уже принесли в жертву. Вы меня понимаете? Кто бы ни был вашим кукловодом, кто бы ни направлял ваши действия, он явно с самого начала имел в виду вашу нейтрализацию. Как и мою. Так зачем же хранить молчание?
Неизвестный по-прежнему молчал.
– Я расскажу вам одну историю. Мой коллега-агент посадил одного гангстера в тюрьму на семь лет за вымогательство и шантаж.
Гангстеру много раз предоставлялась возможность назвать имена его боссов в обмен на снисходительность. Но он остался преданным солдатом. Он отбыл весь срок – все семь лет приговора. Его освободили всего две недели назад. Первое, что он сделал, – поехал домой к семье, которая встретила его слезами радости. Но не прошло и часа, как его застрелили те самые гангстеры, защищая которых он отбыл полный срок.
