Марго сверилась со своей запиской, добавила еще жидкости, разбила ампулу, примешала два вида порошков из водонепроницаемых конвертов.
– Лейтенант, – сказала она через плечо. – Когда мы приедем в больницу, мне немедленно понадобится кое-что. Холодная вода. Кусок материи для процеживания. Пробирка. С полдесятка кофейных фильтров. И карманная зажигалка. Договорились?
– Вот вам зажигалка, – сказал д’Агоста, вытаскивая из кармана означенный предмет. – Остальное будет.
«Скорая» остановилась перед приемным покоем неотложной службы, сирена смолкла.
Фельдшеры распахнули заднюю дверь и выкатили носилки перед ожидающим персоналом. Д’Агоста посмотрел на Пендергаста, укрытого тонким одеялом. Агент был бледен и неподвижен, как труп. Следом выпрыгнула Констанс и прошла в здание за носилками, вызывая недоуменные взгляды медиков своей одеждой и грязным видом. За ней выпрыгнул д’Агоста и быстро направился ко входу, не забыв оглянуться на Марго: сидя в задней части салона, ярко освещенной светом из больницы, она продолжала свою целенаправленную работу.
77
Третья палата интенсивной терапии отделения скорой помощи Нью-Йоркской методистской больницы представляла собой площадку управляемого хаоса. Интерн прикатил красную тележку с реанимационным набором, медицинская сестра подготовила отоларингологический набор. Другая медсестра присоединяла различные провода к неподвижной фигуре Пендергаста: манжету для измерения кровяного давления, ЭКГ, пульсовый оксометр, капельницу.
Фельдшеры «скорой» передали свои данные о состоянии Пендергаста и ушли – больше они ничем не могли помочь.
Появились доктора в халатах и начали быстро осматривать Пендергаста, что-то тихо говоря медсестрам и интернам."
"Д’Агоста оглядел помещение; Констанс сидела в дальнем углу, на ее маленькой фигурке был теперь больничный халат. Прошло уже пять минут с того момента, как он принес Марго то, что она просила в машине. Она все еще оставалась там, работала как сумасшедшая, подогревала жидкость в пробирке с помощью зажигалки, отчего салон наполнялся сладковатым запахом.
– Жизненные показатели? – спросил один из врачей.
– Давление шестьдесят пять на тридцать с небольшим и продолжает падать, – ответила медицинская сестра. – Пульсовая оксометрия семьдесят.
– Готовимся к интубации трахеи, – сказал доктор.
Д’Агоста смотрел, как завозят новое оборудование. Его терзали противоречивые чувства: ярость, отчаяние, смутная надежда.
