Пациента явно лихорадило, он бредил, а возможно, и галлюцинировал. Стоун просил пригласить сестру-сиделку, но получил отказ. Сам справиться с этим он не мог. Он вышел из спальни, а Пендергаст начал переодеваться.
– Миссис Траск! – позвал доктор. Этот окаянный дом был таким громадным. – Миссис Траск!
Он услышал, как экономка засуетилась внизу и прокричала с нижней ступени:
– Да, доктор?
Пендергаст появился в дверях спальни, на ходу надевая черный пиджак, засовывая лист бумаги в карман, а пистолет – в кобуру.
Доктор Стоун отошел в сторону, пропуская его:
– Мистер Пендергаст, я повторяю еще раз: ваше состояние не позволяет вам покидать дом!
Не обращая на него внимания, Пендергаст начал спускаться по лестнице, медленно, как старик. Доктор Стоун последовал за ним. Внизу кружила испуганная миссис Траск.
– Пожалуйста, вызовите мне машину, – сказал Пендергаст домоправительнице.
– Да, сэр.
– Вы не должны вызывать ему машину! – запротестовал Стоун.
– Посмотрите, в каком он состоянии!
Миссис Траск повернулась к нему:
– Когда мистер Пендергаст просит о чем-то, мы не отвечаем «нет».
Доктор Стоун перевел взгляд с нее на Пендергаста, и тот, несмотря на очевидную слабость, посмотрел на него так холодно, что Стоун наконец замолчал. Миссис Траск уже успела повесить трубку, и Пендергаст на слегка заплетающихся ногах направился к двери. Еще через несколько секунд он вышел из дома, а на подъездной дорожке появились красные габаритные огни машины.
Стоун сел, тяжело дыша. Он никогда еще не видел пациента, который, находясь под властью смертельно опасной болезни, проявлял бы такую стальную решимость.
Откинувшись на спинку заднего сиденья, Пендергаст вытащил из кармана лист бумаги. Это был написанный каллиграфическим почерком Констанс перечень химических веществ и других ингредиентов. Некоторые из пунктов сопровождались записью о местонахождении ингредиента.
Пендергаст внимательно перечитал список раз, другой.
Потом сложил лист и разорвал его на мелкие кусочки, опустил окно и один за другим выбросил клочки в манхэттенский вечер.
Машина свернула на въезд Вест-Сайд-хайвея, направляясь к Манхэттенскому мосту, а оттуда на Флэтбуш-авеню в Бруклине.
65
Покачав головой, человек наклонился и вытащил что-то из затылка Фрисби.
– Занятная тут у вас коллекция, – сказал он, держа предмет, с которого капала кровь Фрисби.
