Пендергаст чуть шевельнулся под одеялом:
– У тебя всегда есть выбор. Пожалуйста, отнесись к моему желанию с уважением. Ты не должна видеть меня на смертном одре. Когда я стану таким, как тот человек из Индио.
Она медленно склонилась над распростертым на кровати страдальцем и поцеловала его в лоб:
– Прости. Но мой выбор – бороться до конца. Потому что…
– Но…
– Потому что ты – вторая половина моего сердца, – прошептала Констанс.
Она снова села, взяла его за руку и больше не произнесла ни слова.
47
Полицейский в форме припарковал служебную машину у тротуара.
– Мы приехали, сэр, – сказал он.
– Вы уверены? – спросил лейтенант д’Агоста, глядя в окно.
– Сорок один двадцать семь, Колфакс-авеню. Я не перепутал адрес?
– Нет, не перепутали.
Д’Агоста был удивлен. Он предполагал увидеть трейлерный парк или жуткие новостройки. Но этот дом в районе Миллер-Бич города Гэри, штат Индиана, был хорошо ухожен и, несмотря на небольшие размеры, недавно покрашен, а газон вокруг него аккуратно подстрижен. Всего в нескольких кварталах отсюда находился Маркетт-парк.
Д’Агоста попросил местного полицейского:
– Вы не прочтете мне его досье еще раз? Чтобы освежить в памяти.
– Да, конечно. – Полицейский расстегнул портфель и достал компьютерную распечатку. – Все довольно чисто. Несколько штрафов за нарушение правил дорожного движения: один – за превышение скорости, тридцать восемь миль в зоне с ограничением в тридцать; другой – за езду по обочине.
– Езду по обочине? – переспросил д’Агоста. – За это здесь выписывают штрафы?
– При прошлом шефе выписывали.
Он был такой крутой мужик. – Полицейский снова посмотрел в досье. – Если на этого парня и есть что-то серьезное, то лишь одно: его задержали во время налета на одну известную бандитскую малину. Он был чист – ни наркотиков, ни оружия, – и поскольку нам не было известно ни о каких других его связях или контактах, то обвинение ему не было предъявлено. Четыре месяца спустя жена заявила о его исчезновении. – Полицейский убрал досье в портфель.
– Ну вот. С учетом его возможных связей с гангстерами мы решили, что он убит. Он так и не появился, ни живой, ни мертвый. Тело не было найдено. В конце концов дело перевели в висяки.
Д’Агоста кивнул:
– Если не возражаете, говорить буду я.
– Бога ради.
Д’Агоста посмотрел на часы: половина седьмого. Он открыл дверь и, крякнув, вышел из машины.
Он прошел по дорожке за полицейским, дождался, когда тот нажмет кнопку звонка. Почти сразу в дверях появилась женщина.
