Пендергаст неторопливо посмотрел на свои золотые часы.
– От меня зависит, какой суд вас будет судить – штата или федеральный. Отвечая или не отвечая на мои вопросы, вы делаете выбор между Рикерс-Айленд или Административным центром строгого содержания во Флоренции, штат Колорадо. Рикерс – настоящий ад на земле. АЦСС во Флоренции – ад, который даже Данте не мог бы вообразить. – Он вперился взглядом в человека. – Мебель в камере из литого бетона. Душ по расписанию, три раза в неделю в пять часов ровно на три минуты.
Из окна видны только бетон и небо. Один час прогулки в день по бетонной яме. В АЦСС тысяча четыреста стальных дверей с дистанционным управлением, здание в кольце охраны, обнесено несколькими рядами ограждений с колючей проволокой. Там ваше существование будет стерто со скрижалей истории. Если вы не заговорите со мной сейчас, то в прямом смысле этого слова станете никем.
Пендергаст замолчал. Человек зашевелился на стуле. Д’Агоста, который наблюдал за допросом через одностороннее зеркало, был теперь убежден, что парень свихнулся.
Ни один здравомыслящий человек не выдержал бы такого напора.
– В АЦСС нет лилий, – тихо сказал Пендергаст.
Д’Агоста обменялся недоуменным взглядом со Шпандау.
– Лилии, – медленно проговорил человек, словно пробуя слово на вкус.
– Да. Лилии. Такой прекрасный цветок, вам не кажется? С таким приятным, исключительным ароматом.
Человек наклонился вперед. Наконец-то Пендергаст завладел его вниманием.
– Но потом запах исчез, верно?
Человек явно напрягся.
Он медленно покачал головой из стороны в сторону.
– Нет… я ошибся. Лилии никуда не делись, и вы об этом сказали. Но с ними что-то случилось. Они ушли.
– Они воняют, – пробормотал человек.
– Да, – произнес Пендергаст с любопытной смесью сочувствия и насмешки в голосе. – Ничто не пахнет хуже тронутых гнилью цветов. – Пендергаст неожиданно повысил голос: – Какая от них жуткая вонь!
– Убирайтесь из моего носа! – завопил человек.
– Не могу, – ответил Пендергаст, чей голос вдруг упал до шепота.
– В вашей камере в АЦСС не будет лилий. Но вонь останется. И она будет усиливаться с разложением. Пока вы не…
Неожиданно человек со звериным криком вскочил со стула и бросился через стол на Пендергаста, его закованные в наручники руки изогнулись, словно когти, в глазах горела убийственная ярость, с губ срывалась пена и капли слюны. Пендергаст легко, как матадор, вскочил со стула и увернулся от удара.
