– Давайте отчет, – с места в карьер начал шеф, крепко сбитый и несколько оплывший мужчина лет шестидесяти с сединой в висках и отвисшими щеками.
Похоже, сегодня Броди был не в духе.
– У нас два тела, оба изрезаны ножом. Убийца пока не найден, подозреваемых нет. Прослеживается явная связь с психотерапевтом Никки Робертс, – коротко отчитался Гудман.
– Все это мне и так известно, – раздраженно бросил Броди. – А что за слухи про зомби и прочая чушь?
– Очевидно, утечка информации произошла из лаборатории, – принялся оправдываться Джонсон.
– Никто из наших не мог этого сделать.
– Разве я спросил, кто слил информацию? – фыркнул Броди. – Давайте факты.
– Дженни Фойл на телах обеих жертв обнаружила частицы кожи постороннего. Анализ дээнка выявил, что они принадлежат наркоману Брендону Гролшу, пропавшему сыну «мусорного короля» Натана Гролша. И состояние этих частиц таково, словно они взяты с покойника.
Шеф Броди тоскливо вздохнул.
– То есть слухи не врут? Мы ищем убийцу-зомби?
– Мы не считаем, что Брендон Гролш – убийца, – сказал Гудман.
– Парень скончался от передозировки восемь месяцев назад. Рабочая версия такова: у убийцы есть доступ к покойнику. Возможно, частицы кожи специально оставили на телах жертв, словно метку. Может, так преступник заметал следы. Или привлекал внимание.
– Версий много, – вставил Джонсон.
Шеф Броди скривился.
– Много? И не во всех есть зомби?
– Нет, сэр. По одной из версий за всеми преступлениями стоит психотерапевт Никки Робертс.
Гудман закатил глаза.
Джонсон сделал вид, что не заметил этого.
– Мы с Гудманом четвертый день допрашиваем пациентов Робертс, изучаем их личные дела, истории болезней, отчеты. И сходимся в одном – эта баба… простите, психотерапевт! – явно связана с убийствами. Она либо жертва, либо преступник.
Броди прищурился.
– Получается, у вас с Гудманом две разные версии, так?"
"– Мы проверяем все варианты, – уклончиво ответил Джонсон. – Но мне эта доктор Робертс кажется подозрительной. Например, ее записи о Лизе Флэннаган куда больше говорят о самой Робертс, чем о пациентке.
Она осуждала Лизу за связь с женатым мужчиной и за сделанный аборт, а ее мысли по поводу викодиновой зависимости Лизы – отдельный разговор. По мне, в записях Робертс слишком много субъективных суждений. Поэтому я задаюсь вопросом: что она за мозгоправ такой, а? Кажется, ее задача помогать, а не осуждать.
Шеф Броди повернулся к Гудману.
– Твоя точка зрения?
Лу переминался с ноги на ногу.
