Он шел на войну с намерением выиграть.
Прикрыв глаза, Родригес закрыл ноутбук и вынул из кармана мамины четки. Три косточки за маму, три – за жену, три – за Деву Марию.
Постепенно он успокаивался. Еще одна молитва – и Луис будет готов ко встрече с колумбийцами. А там и до Уилла Бадена дойдет.
Он вспомнил любимую поговорку матери: «Бог любит тебя, Луис, Бог всегда на твоей стороне».
– И долго еще?
Пилот Андрес Мальвино почувствовал стеснение в груди. Ему хотелось ослабить галстук, но он понимал, что этот простой жест покажет боссу его безвольность, а потому сдержался.
– Несколько минут, – проговорил он торопливо. – Диспетчеры говорят, мы вторые в очереди.
Андрес работал на Луиса Родригеса уже восемь лет и за это время стал весьма уважаемым человеком во всех аэропортах Мексики. Но за солидное положение приходилось платить километрами потраченных нервов. Сеньор Родригес не любил, когда его разочаровывали, и придерживался правила: за дурные вести первый кнут – гонцу.
– Уж поторапливались бы, – процедил Луис и хмуро оглядел взлетную полосу в иллюминатор.
Паола, невероятно сексуальная стюардесса, положила изящную ладонь пилоту на плечо и тихо сказала:
– Не переживай так. Дело не в тебе и не в диспетчерах.
Андрес пожал плечами. Это было неважно. Гнев хозяина мог пролиться на кого угодно независимо от степени вины.
– Думаю, он скучает по бывшей жене.
Еще хуже!
Мысли о бывшей жене могли, как ничто другое, привести Луиса Родригеса в дурное настроение. Андрес несколько раз летал с Анной Бейтман, и эта женщина ему нравилась.
Пожалуй, они представляли собой странную пару. Луис – бизнесмен от Бога, влиятельный человек и щедрый спонсор, которого знало полстраны. Его жена, напротив, сама застенчивость. Миловидная, но совсем не красотка, она следовала за ним тенью и частенько извинялась за его резкий нрав. Андрес нередко задумывался, что же ее держало рядом с таким сложным и властным человеком.
В наушниках раздался шорох.
– Борт сто семьдесят пять, есть разрешение на взлет. Готовность три минуты, как слышно?
– Наконец-то, – с облегчением выдохнула Паола и обратилась к Луису Родригесу: – Мы вылетаем, сэр.
"
"Тот кивнул, откинулся в удобном кожаном кресле и закрыл глаза. Самолет катился по взлетной полосе, гул винтов нарастал. Разгон, отрыв шасси от асфальта, и самолет взмыл в безоблачное небо.
Только теперь Луис Родригес почувствовал, как напряжен. Встреча с колумбийцами прошла без сучка без задоринки, оставалось лишь закончить дела с Валентиной Баден.
