– Да, но подозрения в отношении Брендана Сондерса не подтвердились. И все же Мэнди Аллард… Кейт упоминала это имя… Мое имя, Мэнди Аллард и слово «писатель»… Черт, что она задумала?
– И парень, который с ней в машине, говорит «он подозревал меня»! – закричал Стюард. – Держу пари, это Сондерс! Его мы подозревали. Она с Бренданом Сондерсом в Нортумберленде в месте под названием «Утес чайки». Оттуда она отправила это странное сообщение. У Кейт определенно проблемы.
– Тогда почему она отправила его не мне, а этому непонятному Блэру, с которым, по-видимому, решила порвать? Потому что Кейт не могла это проконтролировать.
Отправила наугад, кому получилось. Судя по звукам, телефон у нее в кармане или в сумочке. Сондерс не должен был заметить, что она записывает сообщение. Ей приходилось делать это вслепую. Ей повезло, что вообще получилось зайти в «Вотсапп». Она назвала мое имя, в надежде, что сообщение будет передано по адресу.
Калеб побежал к двери, на ходу надевая пальто:
– Едем к Сондерсу, немедленно.
– Он, наверное, в Нортумберленде, – заметил Стюард.
– Неважно. Может, соседка что-нибудь знает… Сондерс – единственная наша зацепка. Плюс этот «Утес чайки». Нам придется действовать методом исключения, постепенно сужая круг интересующих нас объектов.
Стюард закатил глаза. Проще найти иголку в стоге сена. Он кивнул вошедшей Хелен.
– Я поняла, – сказала та. – «Утес чайки».
Стюард вышел следом за шефом.
* * *Мы едем по темноте. Брендан за рулем. Я смотрю на его профиль, сжатые губы.
Мне не нравится то, что он сделал, и это его расстраивает. Бедный Брендан. Он всегда старается мне угодить, а потом сидит и смотрит на меня, как собака в ожидании награды.
Но его не всегда есть за что награждать. Иногда он совершает откровенные глупости.
Сегодня, например. Хорошо, что он заехал в «Утес чайки» и помог разобраться с Мэнди, но так ли нужно было брать с собой эту журналистку? Неужели она действительно настолько далеко зашла? Она ничего не знает, готова спорить на что угодно.
И никогда не доберется до правды.
Идиот. Неприятный вывод, учитывая, что мы родственники. Седьмая вода на киселе, и все-таки…
Зато теперь у нас есть машина. Я думала о том, чтобы забрать ключи у Мэнди, но это слишком опасно, даже с Бренданом. Эта штука острая как бритва. Мэнди изрезала мне лицо, и Брендану тоже наверняка досталось бы. Боюсь даже представить себе, как сейчас выгляжу. Испуганный взгляд Брендана наводит на неутешительные выводы.
