Резать его на доли принялся сам, ловко орудуя ножом.
Игорь в это время еще раз сходил в подвал и принес две банки консервированных груш. Ужин удался на славу! Жаль только, что не было хлеба. Непривычно для русского человека есть мясо без хлеба. Но наелись все до отвала. Напоследок банки с компотом по рукам пустили – сладко и вкусно.
Игорь тоже уже давно такой вкусной ветчины не ел. В армии если мясо перепадало, то кусками и в вареном виде, в супе или в кашах.
На ночь старшина выставил на крыльце часового, назначил смену, как и положено по Уставу.
Правильно, на немецкой земле они, тут могут бродить недобитые гитлеровцы, а хуже того – вервольф, иначе – «оборотни». Переодетые в гражданское, они по ночам стреляли в наших бойцов и командиров.
Однако ночь прошла спокойно. Бойцы выспались, отдохнули и позавтракали ветчиной, только кости остались.
– Хорошо немчура живет! В подвале окорока, в доме – кровати с панцирной сеткой. Чего же им дома не сиделось, воевать полезли? – недоуменно протянул один из солдат.
– Большего захотелось. Чернозема украинского, нефти бакинской, рабов…
– Сейчас и своего лишатся. А многие и головы сложат.
– Да что ты о фашистах печешься? Пусть хоть все сдохнут, жалко не будет!
На немцев были злые.
Когда вышли на дорогу, старшина стал останавливать проходящие мимо грузовики. Попутно шло много транспорта – везли боеприпасы, продукты, орудия и солдат.
С трудом они смогли пристроиться в крытый «Студебеккер», в котором лежали ящики с медикаментами. Сидеть было жестко, на ухабах сильно трясло, но все не пешком.
Военнопленных вели четыре дня, а машиной они уже через пять часов были в Кранце. Да вот беда: их части, морпехи и пехотинцы, ушли дальше. А куда – никто не знал.
Переночевали в Кранце. Свою задачу Игорь выполнил, и если подходить формально, теперь ему с пехотинцами было не по пути: воинские части разные, командование другое."
"Но, рассудив так, он решил все же держаться пехотинцев. У всех – и у Игоря, и у старшины с солдатами – была одна дорога, к Кенигсбергу.
Эта старая крепость, оплот немецких войск в Пруссии, и уж кого-нибудь из своих моряков он там найдет. Хотя он и подозревал, что все силы Балтфлота и морской пехоты будут брошены к Пиллау – есть такой город-порт рядом с Кенигсбергом. Немцы там сопротивлялись отчаянно, бои шли почти до конца войны, до 25 апреля 1945 года. Ударами клиньев наших войск всю группировку вермахта расчленили на три части, все окруженцы не имели выхода к Германии, кроме как морем.
