И точно не железный: бабы у меня два месяца не было.
Последняя была, щука, все соки выпила, расстался и как чумной первое время ходил, от любой бабы шарахался: вдруг такая же ушлая окажется?!
А потом думаю: а чего ждать? Баба одна, дом пустой, ночь впереди — теплая и темная… Да и сама Людка, небось, по мне сохнет – видно же, как на меня косится. То краснеет, то бледнеет, напоказ с этими старыми занавесками в окнах крутится.
Так что я взял бутылку вина из погреба. В темноте не разобрал, какое. Но бутылка выглядела солидно.
Обошел огородами, перелез через ограду там, где она пониже, совсем покосилась.
Под окном постоял — прислушался.
Тишина.
Молчание — знак согласия.
Вломился через окно – а она стоит, глаза круглые, рот открыт. Ну типа «ах, какой наглец!».
Стоит так, как будто ждала, а лицо состряпала возмущенное.
Да ладно, Людка, мы же оба знаем, чего ты хочешь.
Мужика тебе надо!
— Кажется, раньше у нас знакомство не задалось, — бросаю ей.
Она что-то там зачирикала про «мы незнакомы» – ну да, конечно.
Зато я знаю, что ей тридцать, мужика нет, а бабкин дом разваливается.
Не от хорошей жизни одинокие бабы едут в такую глушь.
Я — другое дело, мне нужно порядок наладить, решить проблемы с большим домом и фермерским хозяйством. Отец слег после инсульта, мать, понятное дело, не вытягивает. Доверилась брату своему — моему дядьке, так он чуть фирму по миру не пустил, непорядок…
И у меня, как раз, в жизни начались непонятки, все надоело, перемен хочется.
Значит, настало время вернуться к истокам.
Родная деревня — место особое, места здесь есть сильные, только знать их надо.
И вот, пожалуйста, хороший знак, что я правильно поступаю, вернувшись: в соседском доме, где жила ветхая бабушка, поселилась ее внучка.
Сочная, в теле, непохожая на всех тех девиц, которых я обычно в койку укладываю.
Такая, что ух… аж яйца звенят.
Не хочется терять время зря, я чувствую, что мы поладим.
Я свободен, она — тоже свободна и явно не против.
Пакет с презервативами шлепнулся на пол в неподходящий момент, она аж подпрыгнула. Ну, думаю, все, щас начнется: «ах ты хам!», «как ты смеешь!», «я сейчас милицию вызову!».
Но вместо этого…
Вместо этого она не убежала.
Встала как вкопанная.
Значит, можно.
Подошел, схватил – тело горячее, упругое.
Рот сам потянулся к ее губам – а они, зараза, ответили. Ну все, Людка, теперь ты моя.
Запихнул руку под ее дурацкую домашнюю майку – грудь как раз в ладонь.
