Он отшатнулся, сел на корточки, потом лег, пополз по-пластунски к массивным балясинам балюстрады и очень даже вовремя высунулся вместе со стволом.
Эти двое не хотели попасть под пули, но приказ барона, орущего снаружи, надо было выполнять. Они передвигались смешным гусиным шагом, кряхтели от усердия. Сначала к основанию лестницы прошлепал один из них, затем другой. Блестели глаза, наполненные страхом, пот вытекал из-под стальных шлемов.
Олег открыл огонь, когда они проползли половину лестничного марша и уже могли видеть его, лежащего на галерее.
Автомат дергался, вырывался из рук. Эсэсовцы орали, кубарем катились по лестнице, нашпигованные пулями, измазали кровью все ступени.
Потанин понесся прыжками, не дожидаясь, пока они разлягутся там, внизу, использовал их тела как мягкий трамплин для броска в неизвестность. Снова коридор, за ним открытая галерея первого этажа, где в теплую погоду так приятно наслаждаться свежим воздухом.
Впрочем, на крыльце он предпочел не маячить в полный рост, перевалился вправо через ограждение, быстро сменил магазин, кинулся в темень северной части двора.
Там Олег уткнулся в тупик, распластался за бордюром галечной дорожки, замер."
"Где барон? У крыльца его не было, значит, он в страхе убежал на КПП или еще куда-то. Охраны в замке оказалось немного, большинство солдат ушло с облавой. Барон предпочел ретироваться. Часового во дворе не видно. Возможно, он был в числе тех солдат, которые сейчас лежат под лестницей.
На КПП метались люди, слишком громко шумели. Майор с запозданием понял причину.
С облавы вернулся взвод эсэсовцев. Действительно, совершенно незачем искать проклятого русского где-то еще, если он здесь. Топали сапоги в подворотне, из арки выбегали солдаты. Несколько человек включили фонари.
Послышались и истошные вопли барона. Так вот где этот гад! Он кричал, что его супруга в опасности. Мол, все в восточный корпус! Ловите русского, он где-то тут!
Олег полз вдоль стены, закусив губу. Лазейка, через которую он проник в замок, снова должна сработать.
Солдаты бежали по дорожке вдоль восточного корпуса, а Потанин, задыхаясь, вгрызался в темноту, полз на угол, выходя из зоны поражения. Эсэсовцы по одному забегали в здание. Несколько человек остались на дорожке, светили во все концы фонарями.
Он успел, ушел из освещенной зоны! Строительные леса были уже недалеко. Терпения у Олега не хватало, он поднялся на корточки, ускорился.
— Герр бригаденфюрер, ваша супруга жива, с ней все в порядке! — выкрикнул кто-то из здания.
