Сработало и в этот раз:
– Новая прачка господина Торэма? – уточнила госпожа Бойл, проходя в глубь комнат.
Элейн кивнула, несмело шагая за ней. Женщина скрылась в кладовке, а вышла оттуда с дюжиной серо-коричневых брусков.
Жена Бойла варила мыло, догадалась Элейн.
– Быстро вы в этот раз. Я вас раньше следующего месяца не ждала.
– Так ведь бал, – нашлась Элейн.
Госпожа Бойл кивнула, принимая такое объяснение.
– Будь он проклят, этот бал, – вздохнула она, перекладывая кубики мыла в льняной мешок.
– Да, радости от него мало, – согласилась Элейн, чтобы поддержать беседу.
– Все набегались, что ног не чуем. А теперь еще стирать да намывать до беспамятства.
– Ой, не говори. Муж мой вообще как запил там, так до сих пор оклематься не может. Сегодня всю ночь лихорадило его, вот только к утру заснул. – А затем спохватилась и чопорно произнесла: – Это все оттого, что он четыре ночи подряд работал! Вот капли и хватило. Так-то уже года три так не пил…
Элейн одарила госпожу Бойл внимательным взглядом.
Той не было никакого смысла врать. Новости о смерти Магистра Света еще не успели разлететься по всему Нортастеру. Да и звучали слова совершенно спокойно, ровно, если только с долей раздражения. Точно не так, будто женщина пыталась соврать во благо мужа.
– Оплата-то где? – спросила госпожа Бойл, когда Элейн была уже в дверях.
– А… а я должна была принести оплату? – растерянно произнесла Элейн.
– Ну конечно! Не задаром же я это делаю! – Госпожа Бойл всплеснула руками.
– И как прикажешь с тобой, дурочкой, поступить?
Элейн виновато потупила взор.
– Может, у господина Бойла спросим? Можно мне забрать мыло, а оплату принести потом?
Собеседница фыркнула.
– Та он в себя придет только к завтра. Если не помрет, конечно. – Госпожа Бойл вздохнула. – Ну что теперь. Забирай, а то влетит тебе от хозяина, мало не покажется. Чтобы завтра все оплатила, ясно?
– Спасибо большое. – Элейн действительно оценила доброту женщины.
Если слухи были хотя бы наполовину правдой, слугам в доме Ковина ошибки не прощали.
Льняной мешок оказался нелегким, но Элейн было не привыкать к тяжестям. Она брела по улочкам Нортастера, чувствуя, что под жарким солнцем на лице и шее выступили капельки пота. Но ноша в виде мыла не беспокоила ее так сильно, как мысли об убийце Феолора.
Судя по всему, Бойл был не в состоянии не то что зарезать человека, но даже выйти из дома. Но и Ковин якобы провел в спальне всю ночь, зализывая раны.
