Когда-то она стала послушной игрушкой в руках распутника, но больше этому не бывать — теперь ей двадцать семь, а не семнадцать. Она уже вообразила, что сам воздух на темной террасе пронизан чувственностью, но на самом деле маркиз лишь ловко манипулировал ею. И если бы ей не удалось взять себя в руки, негодяй добился бы своего.
Она постаралась придать голосу как можно больше презрения. То был голос мисс Смит, не леди Антонии Хиллиард.
— Полно, лорд Рейнло! Если сплетники заметят, как вы беззастенчиво флиртуете со старой девой вроде меня, вашей репутации придет конец.
Оставьте свои жалкие ухватки соблазнителя и давайте вернемся к разговору о вашем преследовании мисс Демарест.
Снова раздался тихий смешок.
— Мисс Смит, вы недооцениваете себя и мою наблюдательность.
Ледяной страх сковал Антонию, чары Рейнло рассеялись. Она привыкла, что люди верят ее маскараду, и вот теперь пара внимательных глаз грозила раскрыть тайну.
«Не глупи, Антония. За десять лет ни один человек не догадался, кто ты такая на самом деле.
Этот мерзкий негодяй лишь пытается тебя напугать, чтобы подобраться к Кассандре».
— И часто грубая лесть помогает вам добиться своего? — резко бросила Антония. — Я разочарована. Ожидала большего.
В ответ маркиз погладил ее по щеке. В гостиной он был в перчатках. Должно быть, успел их снять.
— О, я редко разочаровываю.
Антония невольно отшатнулась, почувствовав прикосновение Рейнло. Кожа ее запылала. Антония прерывисто вздохнула и тотчас пожалела об этом: дразнящий запах маркиза проник в ее ноздри.
Боже милостивый, этот мужчина — воплощение соблазна. Неудивительно, что он так уверен в собственной неотразимости. Даже перезрелая дева вроде нее мечтает припасть к этой могучей груди, сжать широкие плечи, ощутить жар, исходящий от мощного тела.
— Вы и впрямь воображаете, будто ваш сомнительный интерес ко мне каким-то чудом заставит меня уступить, согласиться на ваши ухаживания? Вы переоцениваете свои чары и недооцениваете мое здравомыслие.
— Вовсе нет. — Рейнло нежно потрепал Антонию по щеке, будто с укоризной.
— И почему вы находите мой интерес сомнительным? Клянусь честью, он неподделен."
"От краткого ласкающего прикосновения маркиза у Антонии перехватило дыхание. Она отчаянно пыталась сказать в ответ какую-нибудь колкость, осадить назойливого джентльмена, но не находила слов. За последние десять лет ей не часто приходилось отбиваться от докучливых ухажеров.
— Подобная клятва лишь убеждает в вашей неискренности.
