Слава Богу, благодаря незаметной внешности и своему ничтожному положению она никак не могла привлечь внимание маркиза. Кто бы смог устоять перед повелительным взглядом этих сверкающих глаз? Рейнло пытался лишь заставить ее изменить своему долгу. Будь у него другие намерения, Антонию ожидала бы незавидная участь.
— Какое мне дело до ваших желаний, мисс Смит?
Выставив вперед руки, словно желая защититься, Антония ответила без обиняков:
— Кассандра слишком хороша для вас.
Глаза ее привыкли к темноте, и лицо маркиза виделось отчетливее, чем ей того хотелось бы.
Губы Рейнло едва заметно дрогнули.
— Надо отдать должное мисс Демарест: она воспитана лучше своей компаньонки.
— Позвольте ей найти достойного молодого человека, который составит ее счастье.
— И с которым она умрет от скуки?
— Быть достойным вовсе не означает быть скучным.
— Неужели вы сами в это верите?
Рейнло вроде бы не двигался с места, но каким-то чудом ухитрился подобраться совсем близко к Антонии. Теперь его огромная фигура нависала над ней, заслоняя звезды.
В слабом свете, струящемся из окон, его густые волосы сияли золотом, будто даже лучи не могли совладать с искушением прикоснуться к нему.
Взгляд Антонии жадно скользнул по стройному телу маркиза. Ее охватило отчаяние. Ну почему, почему он так дьявольски красив? Это неправильно, дурно. Отчего его красота столь губительна? Ведь красота — случайная игра природы. Сочетание мускулов, костей и красок, выбранное наугад. Как случилось, что негодяй Рейнло наделен могуществом, властью, которой не в силах противиться сердце?
— Что… что вы делаете? — испуганно пролепетала Антония, растеряв показную храбрость.
Она попятилась, но уперлась спиной в балюстраду.
— Оправдываю ваши ожидания, разумеется, — прошептал маркиз, подступая ближе.
Будь проклят его низкий певучий голос, от которого Антонию охватывала дрожь даже в многолюдном зале. Теперь же, на пустой террасе, где властвовали ночь и тишина, его звучный бас был полон соблазна, словно золото для скупца.
Ноздрей Антонии коснулся его аромат. Мужской дух мешался с легким запахом мыла. Мерзавцу следовало бы пахнуть огнем и серой, но от него исходил аромат чистоты и свежести. Антония подавила желание вдохнуть всей грудью этот восхитительный запах. Великий Боже, ей грозила нешуточная опасность.
Антония расправила плечи и выпрямилась, хотя это движение лишь сократило расстояние между ней и Рейнло.
