Тьфу! Калгн, где ваши… воины?
— Уже идут, — вышел единорог. — Значит, это она убила мою Иссу? — Калгн медленно двинулся на нее, угрожая рогом.
— Калгн, стой! — закричала я.
Но было слишком поздно. Шала ударила его силовой волной.
Единорог не устоял на ногах и повалился на бок. Умудрившись при этом подмять меня под себя. Единорог оказался таким здоровым, я едва дышала. Рубашку тут же пропитала кровь.
— Вот ты и попалась.
Быстро дотронувшись до крови единорога, я подняла придавленную руку ладонью вверх и даже не стала особенно заморачиваться по поводу заклинания.
Оно возникло почти само собой, повинуясь лишь моему магическому приказу. Кровь единорога и магия человека, которые стали друзьями, дали неповторимый эффект — вокруг нас засиял купол.
Сила Шалы бомбила щит, расцвечивая его разными красками, но не прорывалась.
Грудь, придавленная крупом Калгна, нещадно болела. Дыхания хватало разве что на жизнь, но не на сознание.
Его-то я и потеряла."
"Меня разбудила Уголек. Просто потому, что никто больше не мог.
Оказалось, защитный купол так и закрывал нас, когда на поляну перед алтарем вышел Эдрр со своими воинами. Как они ни звали нас, мы вырубились конкретно.
Разлепив глаза, я размытым взглядом посмотрела на нахальную мордочку саламандры. И улыбнулась. Сквозь слезы.
Сняв оградительный щит, я начала медленно вылезать из-под огромного единорога. Другие единороги, приподняв его, помогали мне. Как только я выбралась на свободу, тут же бросилась своему другу на шею.
Бочина песчаного единорога была изодрана, и сквозь ошметки плоти просвечивали ребра.
Он еще дышал, но так слабо, что не оставалось никаких надежд.
Прижимая голову Калгна к себе, я тоскливо посмотрела на Эдрра:
— Вы были не правы, не правы! Я всегда приношу лишь несчастья тем, кого люблю. Я зло.
— Не бойся, Лил. Единороги куда сильнее, чем тебе кажется. Ну ладно, Калгн, вставай, хватит валяться!
И Эдрр коснулся его рога своим. Они оба засверкали, и тело Калгна осветилось сиянием. Раны начали заживать быстрее, чем несется бурная река.
Уже через полминуты на шкуре единороге не осталось и следа раны.
Хитрец Калгн, не открывая глаз, перевернулся на спину — совсем как собака и, не убирая головы с моих колен, сощурился:
— Ты испугалась за меня?
— Ах ты… Пройдоха! — Я обхватила его за морду и поцеловала в нос. — Но как?
— Единороги умеют исцелять друг друга.
Я кивнула. А затем вспомнила:
— А где Шала?
— Кто это? — посмотрел на меня Эдрр.
— Магичка, которая убивала единорогов.
