Раскрыв окна в лаборатории и запечатав лестницу, чтобы не потревожить Ксеньку, спящую в нашей коморке, я занималась своим грешным делом.
Это забавно, магов чаще всего изображали благородными старцами с окладистой белой бородой до колен (самая короткая притом), с мудрым лицом и обязательным магическим шаром в руках. Магичек или попросту ведьм, как сгорбленных женщин в каком-то рванье, у котелка с обязательной кошкой у ног и парой лягушек в колбах. Несправедливо, ведь верно? И те, и другие умеют делать магические шары, да и у котелков маги стоят так же часто, как и женщины.
Хотя, надо признать, по-настоящему сильных магиан не так уж и много, большинство ведуньи и ведьмачки средней руки. Ведунов мужчин практически не встречается. Но жижу-то они варят так же.
Вот и верь после этого в равенство полов.
Я начала напевать, купая в полученном отваре свой новый плащ. Слова лились легко и непринужденно, рождая новое заклинание.
Ни дождь, ни снег, ни вольный ветерМеня с дороги не свернет,И путник дрязг тех не заметит,Его тепло твое спасет.
Ты развеваешься, как знамя,Ты крыла бабочки легчей,Ты крепче стали, жарче пламя,С тобой в пути мне веселей."
"Не знаю, сколько я так мурлыкала себе под нос, пока проныра Уголек не скинула ложку с длинным черенком. Я нагнулась, чтобы ее поднять, и только тогда заметила живую темноту в углу.
Хмыкнув, я вновь отвернулась к котлу:
— Я тебя еще вчера ждала.
— Надо было подумать.
— Тебе никто не говорил, что много думать вредно?
— По тебе и видно.
О, мы сегодня злые!
Как же — обидели его, какая-то человеческая замухрышка «нет» сказала. Что ж, сам виноват, надо было прежде думать, видел ведь кого выбирал. А я простушкой никогда не была.
Отвечать на такое было выше моего достоинства. Да и первой начинать разговор как-то больше не тянуло. Пусть сам говорит, раз пришел.
Кстати, я действительно думала, что он зайдет на огонек. Не все же чертягам за него говорить, это ведь не честно — их четверо, а я одна.
А он стоял и молчал, будто я в чем-то виновата.
Все тот же черный балахон до пят, капюшон, закрытое тенью лицо. Даже если зажечь тысячу огней и стащить с него это безобразие, магия все равно не позволит мне увидеть его, это было и так понятно. Только искушение от этого не становилось меньше.
Сейчас- то чего таиться, вроде здесь я, и как выяснилось, все так же его невеста. Сними он с себя эти покровы, может и я бы открылась. Но он молчит и не двигается, только смотрит.
Чувствую я это.
