Пальциг
В разгар лета 1759 года Петр Семенович Салтыков двинул свою армию в поход из Познани, имея три задачи: соединиться с австрийцами, испортить немцам канал у Франкфурта и попытаться совершить набег на Берлин. Конференция связала крылья генерал-аншефу приказом строжайшим, чтобы он следовал советам венского маршала Дауна (побеждавшего медлительностью). Петр Семенович имел свои взгляды на кампанию, желая – как он сам говорил – «баталю дать». Эта «баталя» предназначалась им лично королю прусскому!
Против армии Салтыкова король поначалу выставил армию графа Христофора Дона, очень опытного полководца, сообщив ему:
– Я здесь, в Богемии, превратился в цепного пса и сторожу каждое движение прохвоста Дауна.
Увы, счастие разбить русские колонны передаю вам, Дона! Старайтесь излупить их на марше…
Салтыков сразу оказался в трудном положении:
– Даун-то не идет к нам.
Штабные люди предложили ему самому выйти навстречу Дауну.
– Не могу, – отвечал Салтыков. – Тогда мы откроем для Фридриха земли Восточной Пруссии, нами завоеванной.
Хуже того: король тут же отсечет нас от Познани и магазинов…
Скорым маршем русская армия настигла эшелоны Дона. Кавалерия Салтыкова рассекала дороги, наскоком врывалась в прусские города. Это был ряд мелких, частых болезненных ударов. Прекрасная подвижная армия Дона, закаленная в битвах за Померанию, была растеряна. Салтыков, как опытный фехтовальщик, окружил ее сеткой уколов. Не выдержав, армия Дона побежала.
Фридрих в отчаянии заломил руки:
– Эти напудренные чурбаны бегут? Дона, Дона, Дона… и он – бежит? Бездарность! Кретин!.
. Зовите Веделя!
Ведель, мальчишка среди седых ветеранов Пруссии, был любимцем короля. Ведель никогда не думал. Ведель лишь точно исполнял приказы. Ведель был непобедим. Веделю король всегда верил. Ведель сейчас предстал перед ним…
– Ведель, – потухшим голосом сказал ему король, – ты слышал про этого негодяя Дона?.. Салтыков уже вошел в земли Бранденбурга. Ты знаешь, славный Ведель: если у меня где-либо потекло, то скважину я затыкаю тобой! Сейчас у меня сносит плотины… Ведель, я не могу сделать тебя, молокососа, своим маршалом… Но я даю тебе права римского диктатора! Отныне твои приказы имеют силу моих приказов.
Делай что хочешь, но Салтыков не должен соединиться с австрийцами… Ты меня понял, мальчик?
Ведель был уже на коне.
– Стой! – задержал его король. – Я забыл сказать тебе самое главное. Не вздумай прекратить сражение.
