Убедившись окончательно, что мой выход обойдется без свидетелей, уже шагнула было за дверь, но остановилась. Я, конечно, была не уверена, что мой совет пригодится Полонскому, но, как я уже говорила, язык у меня был без костей, и даже без суставов. Оставалось только надеяться, что блондин, услышав его, не захочет промыть мне рот с мылом.
— Знаешь… — негромко произнес, держась за дверную ручку, стоя на пороге, но не поворачиваясь, — Здесь далеко не Корея, а местные жители не настолько белые и пушистые. Не сомневаюсь, что ты знаешь об этом.
Так что лучше привыкай обратно к реалиям русской жизни как можно быстрее… а то бегать от местных хейтеров уже на пару будем.
— Я учту, — послышался тихий смешок в ответ."
"Ну что ж… будем считать, что я его предупредила. Воспринимать мои слова всерьез или нет — это целиком и полностью его дело. Вот только думается мне, что не из таких людей этот самый Богдан, что с трудом приспосабливаются к окружающей обстановке… Как мне казалось, Полонский был тем еще фруктом, хотя бы потому, что Исаев, учитывая его статус, абы кого в ранг своего врага не возвел.
Думаю, нам с блондином еще не раз придется пересечься и, сразу скажу — моя попа уже чувствует грядущие неприятности по этому поводу.
Впрочем, когда это я искала легких путей?
Прорвемся, не впервой.
Что удивительно, но до первого этажа я спустилась тихим сапом, воровато оглядываясь по сторонам и осторожно спускаясь по ступеням, боясь издать хоть какой-то звук. И опасалась я не зря — вокруг стояла такая тишина, что мне казалось, будто все просто взяли в какой-то прекрасный момент… и вымерли.
Аки динозаврики.
Однако стоило мне только подкрасться к окошку между первым и вторым этажом и аккуратно выглянуть в окно, как все тайное, извиняюсь за пафос, тут же стало явным: на парковке, что была аккурат напротив входа, собралась приличная толпа, жаждущая хлеба и зрелищ. А на лавочке в курилке, находящейся в двух шагах от крыльца, то есть одного единственного выхода, спокойно восседал гладиатор всея универа, он же Демьян Исаев собственной персоной.
Для полноты картины не хватало только императора, стоявшего где-нибудь наверху, на балконе пятого этажа, ждущего, чтобы дать знак к началу боя.
— Черт, — тихо ругнулась, опуская край шторки. Стать местным Спартаком мне не улыбалось совершенно, а потому, похоже, придется воспользоваться советом блондина и покидать мое временное и очень ненадежное убежище через окно, да еще и с другой стороны.
