С одиннадцатилетним ребёнком поговорить нормально не могу.
- Я готова, - Маша невозмутимо спускается, по пути застегивает спортивную кофту. - Ну? И где там твоя рыба?... - зрачки совершают почетный круг и закатываются.
- В багажнике, в гараже, - иду на улицу.
По разложенной на газоне палатке пробегает Каринка. Кстати, после шестых родов перевязанная.
Открываю ворота, включаю свет и расстегиваю замок на рыболовном кане.
- Вот. Рыба, Маш!... - отхожу подальше, чтоб посмотрела.
Она, гремя шлепками, подходит ближе и, ухватившись за крышку багажника, привстает на носочки.
Тянется, но дотянуться ещё не может. Потому что мелкая.
- Иди сюда, подросток, - не выдерживаю и подхватываю ее на руки.
Машка легкая, но уже не как одно перышко, а как целая подушка из них.
- Папа, - недовольно произносит, но хватается за мою шею и заглядывает в кан. - Я просто небольшого роста, а так-то уже взрослая…
- Напиши там своим, в ВОЗ-то. Чтоб и роста тебе, если что, поднакинули…
- Папа, - теперь смеется.
- Какие они красивые. Это карасики?
- Карасики и ерши.
- А мы их отпустим?...
- Вообще, я думал, скормить их Каринке.
- Зачем Каринке? - пугается. - Надо их отпустить, пап.
- С ночевкой к Мирке? - смеюсь, а она снова дуется. - Ладно уж. Съездим завтра, отпустим.
Машка поворачивается и смотрит в глаза.
- Вместе?...
- Вместе, Маш.
- Круто.
- Ты прости меня. Я тебе нагрубил, но это все для твоего же блага.
Тут же улавливает, что даю слабину.
- Просто Мирка, она ведь… - тараторит и третья за вечер обнимает за шею так, будто планирует мое удушение.
- Я тебя все равно не отпущу, - одергиваю и, выключив свет, несу Машку в дом, пока она раскидывает шлепки и радостно визжит под адский треск моей сорокавосьмилетней спины.
- Папа, я тебя люблю, - говорит она, когда закрываю дверь ее комнаты. - Хоть ты и вредный. Все равно самый лучший!
- Я тебя тоже люблю, Маш. Спокойной ночи.
В состоянии полного удовлетворения обхожу дом и закрываю все окна, а затем всё-таки заканчиваю с палаткой.
Совесть не позволяет так оставить.
Когда возвращаюсь с улицы, носом улавливаю аромат своего счастья. Сложно сказать, чем именно пахнет… Просто нравится и хочется сюда возвращаться. С учений, на которые меня часто приглашают в качестве тренера, с рыбалки, из Ласточки, в которую мы так и ездим каждое лето. Всегда хочется вернуться сюда, подняться по лестнице, зайти в спальню и увидеть любимую женщину, которая все это воплотила в жизнь.
