Застыв, смотрит мне неверяще в глаза.
— А тебе нужно обязательно лечиться. Остановись с наркотой и алкоголем. Это не поможет…
Разворачиваюсь, втыкаясь в мужчину. Он ловить меня за талию. И только собираюсь возмутиться, поднимая взгляд… Но плыву от мужского запаха.
— Можно, вас пригласить?..
Литвин!
Глава 54 — Танго
Я держу ее за руку, смотрю ей в глаза… И не могу даже въехать, что вокруг полно людей.
И ярко чувствую то, что ни к одной другой женщине не чувствовал… восторг, примитивную мужскую ревность и страх потерять.
Она здесь очень органична, я — нет. Я ее ""такую"" не чувствую ""своей девчонкой"".
В груди взрывается горячим порывом — присвоить. Нахально и публично. Моя всё ещё?
Мое тело двигается машинально. ""Проходка"", закручиваю ее — заставляя вильнуть влево-вправо.
— Боже мой, я сейчас в обморок упаду, — нервная усмешка.
— Я держу тебя…
Уверенно наклоняю назад, дёргая сразу к себе.
— Оу! А-а-а… — панический шепот. — Я не умею!
— Расслабься… Я — умею. Просто подчиняйся моему телу.
— Так вот почему ты — ""Танго""! — с истеричным смешком всхлипывает она.
Касаемся на мгновение губами, застывая.
— Какой кошмар… — скользят ее губы по моим.
— Почему?
Втыкается носом в мою скулу, заставляя отвести от нее взгляд и бросить его в сторону.
Многие женщины замерли, разглядывая нас.
— Стервятницы будут откусывать от тебя налету. Придется носить с собой рогатку, — шепчет мне в ухо."
"И я расслабляюсь немного, ловя в этой изысканной женщине свою оторванную Тати.
— Ха…
— Ведь, если женщина положила глаз на твоего мужчину, значит, у нее лишний глаз, — с шутливой угрозой.
— Пощади женщин, снайпер.
— Девочки там тебя затискали, наверное… — ревниво.
— Нет. У меня только одна девочка. И я ее жду.
Только одна женщина была со мной, когда я был без ног и без члена. Других для меня больше нет.
Мы шепчем одновременно:
— Хочу тебя…
— Соскучился…
И как пьяные замираем, обрывая движение.
— Сколько ещё? — веду костяшками пальцев по ее лицу.
— Скоро.
— Как ты там?
— Не волнуйся. Я на особом положении.
Музыка заканчивается, меняется на другую. Отпускаю ее, вставая рядом.
— Кстати, о ревности… Ты роскошна, — хмурюсь болезненно.
Обвожу взглядом зал.
— Бизнесмены, политики, генералы… Сильные мира сего. Я простой боец. То в деревне тусуюсь, то по сборам. Сбежишь от меня?
— С ума сошел? Я, может, только в этой деревне и была счастлива… — вытягивает канапе из тарелки на шведском столе.
