— Добрый день, Александр Петрович.
Человек обернулся, увидел Вадима и улыбнулся:
— Батюшки, Вадим Николаевич! Какими судьбами?
— Решил проведать вас.
— Так идите сюда, я сейчас чайку заварю.
— Ах, Александр Петрович, все-то у вас есть, даже здесь.
— Живу на доверии. Начальство точно знает, что чай у меня только для тех целей, для которых он продается.
— А блатные не пристают?
— Ко мне?
В голосе Лосинского послышалось такое недоумение, что Орлов сразу же понял неуместность вопроса.
Пожалуй, в уголовном мире Москвы Вадим не знал человека, пользующегося большим авторитетом, чем Лосинский. Он не воровал и не убивал. У него была другая профессия. Филин организовывал преступления. Он разрабатывал операции. Причем выстраивал их с шахматной точностью. Лосинский начал заниматься этим еще в тридцатых годах. «Попасть к нему на прием» считалось большой честью для «рыцарей уголовного мира». Лосинский «работал» только с тем, кому безусловно доверял.
Никогда, ни в одной из его комбинаций не совершалось убийство или просто избиение потерпевшего.
— Я противник любого насилия, — любил говорить он.
Крупные мошенничества и аферы, легендарные, вошедшие в историю криминалистики ограбления были совершены по его указанию. Он был своеобразной энциклопедией уголовного мира. Знал всех «королей» подпольного бизнеса, к ним-то и направлял своих людей Филин.
Несколько лет назад Вадиму пришлось серьезно повозиться с крайне запутанным делом, концы которого уходили в Ош, Ташкент, Сухуми, Ригу.
Лосинского он арестовывал в Таллине, вечером в варьете. Филин сидел с дамой, пил шампанское и смотрел программу. Взять его не составляло труда, но кто знает, каким стал этот гроссмейстер комбинаций. Вполне возможно, что у него могло оказаться оружие, а терять ему нечего. Была пятница. Зал ресторана был набит плотно. Прекрасно одетые, серьезные эстонцы пришли провести свой еженедельный вечер в любимом месте.
Вадим уже давно отвык от ресторанной чопорности. В Москве все было более демократично. Там приходили в ресторан в джинсах и куртках. Вообще люди потеряли чувство меры. Когда-то в Москве прийти в ресторан вечером без галстука считалось не то что неприличным, а просто диким.
А теперь даже во МХАТ на премьеру являются в куртках с надписью «Адидас».
Но в Прибалтике все осталось по-прежнему.
