Внезапно стены и потолок вздрогнули, осыпавшись песком и страх, сжимавший сердца людей, мгновенно исчез. Голова выдохнул и внимательно осмотрелся.
— И всего-то? — произнес он, опуская клинок, и, обернувшись на перекошенные лица стрельцов, добавил, — не так страшен черт, как его малюют. Пошли и смотрите внимательно, они могли самострелов понаставить.
Через несколько сотен шагов, опричники нашли на земляном полу галереи брошенную, еще дымящаяся головешку. Это был знак того, что беглецы близко. Еще через несколько шагов свет факела в руке Ростислава выхватил из темноты ведущие вверх ступени.
Опасаясь ловушки, голова остановился, внимательно осматривая все впереди. Но обнаружил лишь тонкую нить, ведущую к спусковому крючку, закрепленного на стене арбалета. Сделав знак стрельцам прижаться к стенам, он перерезал клинком нить. Арбалет выстрелил, но стрела, едва свистнув рассекая воздух, звякнула наконечником о камень ступеней, сбитая в полете его рукой. Поднявшись к выходу, Ростислав обнаружил еще один сюрприз. Вместо двери была глухая стена.
— Сквозь стену прошли, — послышался шепот одного из стрельцов, осеняющего себя крестным знамением.
— Пять шагов назад. Запалите фитили и смотрите туда откуда пришли. Если увидите, что-то не так, палите, — обернувшись приказал голова.
На самом деле, стрелять было не в кого. Потусторонние твари почуяли силу молитв и огненных знаков, которые Ростислав чертил факелом в темноте. Вся нечисть, обитавшая в подземной галерее и вселявшая страх в людей, истощая их вплоть до смерти, покинула это место.
Голова просто не хотел, чтобы стрельцы видели, как он распечатает выход. Разговоры об этом ему были ни к чему, а они и так только что узнали про него лишнего. Оглянувшись на изготовившихся к стрельбе и убедившись, что на него никто не смотрит, опричник, шепча заклинание, начертил факелом в пространстве над последней ступенью косой крест. Затем, он обвел крест огненным кругом, оставив в воздухе светящийся красноватым цветом след. С шуршанием осыпающегося песка на стене проявились очертания двери.
— Навались, — крикнул он своим спутникам.
Дверь, поддавшись усилиям четверых мужчин, распахнулась наружу, сбросив пласты дерна, которыми была завалена сверху.
Солнце уже показалось из-за озера и обволакивающий берег туман почти развеялся. На вдававшемся в водную гладь мысу никого не было, но зато шагах в трехстах неспешной рысью удалялись несколько всадников.
— Пищаль, — крикнул Ростислав и выхватил оружие из рук одного из стрельцов.
