— Восемь… Девять… Д-десять.
Адриан добавляет еще один палец, и я чувствую, что распадаюсь, разрушаюсь на пути его уничтожения. Мои стенки сжимаются вокруг его пальцев, и я кричу от облегчения, когда он толкает их внутрь, давая мне трение, в котором я нуждалась с тех пор, как его ремень впервые опустился на мою задницу.
Я пытаюсь извиваться, но путы удерживают меня на месте, не давая возможности двигаться. Я совершенно беспомощна в его руках, марионетка, с которой он может делать все, что пожелает. И на секунду я сдаюсь этой судьбе, когда он бьет меня в последний раз.
— Одиннадцать! — Я кричу, когда мой оргазм проходит через меня одновременно с жалом. Мое сердце подскакивает к горлу, и я думаю, что на самом деле сейчас перестану дышать и умру в муках удовольствия и боли.
Это темный экстаз, сумасшедшее блаженство, играющее на грани безумия. Но каждая часть меня жаждет этого, влюбляется в это без всякой мысли.
Я кусаю подушку, чтобы заглушить стоны, вызов во мне горит так же ярко, как оргазм.
Что-то холодное и тугое обвивается вокруг моего горла, и я задыхаюсь, когда понимаю, что это ремень. Адриан поднимает меня, используя его. Моя спина выгибается, но я сжимаю зубами подушку, поднимая ее вместе с собой.
Его губы вызывают дрожь в моей душе, когда он тихо шепчет мне на ухо.
— Отпусти ее.
Я отчаянно мотаю головой.
— Отпусти, черт возьми, ее, Лия.
Я встречаю его пустые глаза своими дерзкими и снова качаю головой.
Адриан выдергивает подушку и снимает ремень, переворачивая меня.
Боль взрывается в моей спине, когда она ударяется о матрас.
Мои связанные руки скручиваются, прежде чем они оказываются в удобном положении над головой. Теперь, когда я больше не кусаю подушку, я чувствую, как другие звуки пытаются вырваться. Я снова кусаю свои губы, не обращая внимания на кровь, которая продолжает сочиться в мой рот.
Адриан раздвигает мои ноги и прокладывает себе путь между ними. Он такой большой и сильный, что мне, кажется, он способен разорвать меня пополам с каждым движением.
Каждое движение по матрасу вызывает непреодолимое трение о мою задницу. Хотела бы я, чтобы это было все. Я хочу, чтобы боль и обида были всем, что я чувствовала сейчас. Я хочу, чтобы не было запаха удовольствия, стреляющего из горящих ран и прямо в мою киску. Оставшиеся покалывания от моего оргазма обостряются до невыносимого уровня.
Мне нужно кое-что. Я не знаю, что именно, но этого оргазма было недостаточно.
