Здесь говорят с ужасающей прямотой: «Иди, Сережа, заработай наше теплое отношение к тебе. Победи, а мы разделим с тобой победу».
«Вот я и дома, – усмехнулся Марк, – я вернулся в родные стены. Я еще ничего не сделал, а уже проиграл».
– Игорь Александрович, у меня к вам личная просьба.
– По личным вопросам я принимаю по средам, с двух до четырех, – отрезал Ленц. Он не умел читать чужие мысли, но без труда догадался, о чем думает в эту минуту Марковцев. – Привыкай к новому распорядку. О нем тебе расскажет майор Савченко.
Он задержит тебя на час-полтора. Поделись с ним своими секретами. Удачи, Сергей, тебе и твоим разведчикам.
Странно, но в голосе Спрута ему послышались искренние нотки.
* * *Когда за Марковцевым закрылась дверь, Ленц вызвал к себе Терентьева.
– Профильный отдел пока не трогай, они сослужат нам службу. С Зубахина глаз не спускать и постоянно докладывать мне. Теперь по этому засранцу, Столярову. Бандиты и наркоторговцы нам не нужны. Подумай, где им самое место.
Майоры... каких...
– Тавров и Казначеев, – подсказал вице-адмирал.
– 20-го числа арестуешь их и привезешь в Аквариум в кандалах. Не в наручниках, а в кандалах. Совбез решил поиграть на нашем поле. Но мячик мы им не дадим, пускай свое дерьмо пинают. Теперь по Марковцеву. Собери о нем все. Абсолютно все. Он тут нагородил какой-то херни про приход, терроризм... Разберись.
Глава 14
«Никто не хотел умирать»
43
18 декабря, понедельник
На третий день содержания Зубахина под больничным арестом полковник-хомячок из профильного отдела разложил перед пациентом фотографии его сына, снятого на территории коллежа за слегка вычурной литой оградой в компании незнакомой девочки лет пятнадцати.
..
Фотографии Эйдинову передал Постнов, а кто автор снимков, полковника не интересовало. Он любезно предложил Зубахину оставить у себя все карточки, прозрачно намекнув:
– Мы, как и обещали, заботимся о вашем сыне. Но в случае необходимости фотограф сменит и аппарат, и видоискатель.
Знаете, есть такие видоискатели – с угольником для прицеливания и со шкалой боковых поправок."
"Держа генерал-майора на таком своеобразном прицеле, удалось выявить практически все его связи. На пятый или шестой день после ареста список Эйдинова пополнился десятью фамилиями. В основном эти люди занимались торговлей наркотиками, а дальнейшие их следы вели к Салману Адирову, главе «западных» чеченцев в Москве.
