Он поднялся из-за стола, прошел к окну, потом так же молча вернулся на место.
– Хотите откровенного разговора? – хмуро спросил Ленц.
Марк пожал плечами и не ответил. Руководитель ГРУ давно не видел такого неприемлемого для себя жеста. Но вместо того, чтобы по обыкновению взорваться, Спрут даже не удивился.
– Не пожалеете, что услышите слишком много? – поинтересовался Ленц.
– О-о, – протянул Сергей, слегка улыбаясь, – я столько знаю, что мне одной пули мало.
– Вы интересный собеседник, главное – смелый.
Давненько я не говорил с таким человеком. Пересядем на диван, – предложил Ленц. – Пьете коньяк?
В груди Марка все трепетало. Он не верил своим глазам: шеф лучшей разведки в мире (хотя некоторые специалисты отдают пальму первенства израильскому «Моссаду») лично сервирует стол – ставит рюмки, открывает коньяк, режет лимон и предлагает выпить с ним. Такой чести удостаивались единицы. И все это говорило о том, как болезненно воспринимает Спрут свалившуюся на него проблему.
Правда, они не чокнулись, просто поприветствовали друг друга поднятыми рюмками.
– Значит, ты уверен, что войну затягивают сами военные? – продолжил начатую тему генерал, пососав корочку лимона и бросив ее на посеребренный поднос. – Если бы мне не приказывали рулевые, я бы давно закончил эту войну! Мне мешают менты, ФСБ, прочие службы. Сто десять силовых подразделений, и каждая со своей агентурной сетью.
Этого чеченца не трогай, он агент МВД. Этого не тронь – он агент ФСБ. К этому не прикасайся, он помогает УБОПу выявлять наркодельцов. Этот трудится на контору на транспорте, этот на водном транспорте, другой на воздушном. Этот – человек администрации Чечни, мэра Грозного, Веденского района. Все чеченцы, за исключением одних только полевых командиров, агенты российских спецслужб. Хрен кого проверишь.
Ленц поменял положение ног и продолжил:"
"– И непонятно, кто же на деле руководит антитеррористической операцией.
Министр обороны? Что, думаешь, он может приказать Рушайло? Или Патрушеву? Каждый из них – начальник своего ведомства, каждый не хочет подчиняться. Чеченское одеяло здоровенное, и его тянут на себя сотни рук. Если бы операцию доверили одному ведомству – моему, давно бы все закончилось. Я бы прошел по Чечне быстро, создал бы единую агентурную сеть – я умею это делать.
