Не успел, черти бы жрали эту ограду!
Всего одну секунду! Или меньше! Один шаг, и сумел бы ее поймать на лету!
А теперь только остается, что упасть рядом с грохотом повалившимся прямо передо мной телом!
40 Глава 40
— Бадрид Каримович! Господин!
Как из пелены слышу надрывный голос Ирмы.
— Сейчас доктор будет! Ее перенести надо.
— Не трогай!
Хватаю за горло, второй рукой отшвыривая на расстояние.
— Не трогай ее!
— Барид… Каримович… Хозяин! Ее же в дом надо… Доктор… Я уже набрала. Уже едет. Вы… Вы, пожалуйста… Успокойтесь! Я умоляю вас!
Ужас.
Блядь, почему на меня она смотрит с таким ужасом! Не на Мари, которая лежит передо мной с неестественно вывернутыми конечностями.
— Бадрид Каримович! Я вас умоляю! Не надо! Да! Это я не досмотрела! Я! Но… Прошу вас! Ради всего святого! Я не могла… Она как с ума сошла, когда вас увидела… С вашей… С… С этой…
Блядь.
Я ни хрена не понимаю!
Почему Ирма трясется и падает на колени передо мной, умоляюще складывая на груди руки? Что она там несет?
— Не трогай, я сказал.
Блядь. Неужели не понимает?
Трогать нельзя!
Позвоночник. Позвоночник может быть поврежден!
— Мари!
Лихорадочно вожу рукой над ее лицом. Как безумец.
Нееет!
Она не может умереть! Мать вашу! Не может!
Дышит.
Там, под ребрами, все на хрен, замирает, а после снова пускается в галоп.
Дышит!
Едва ощутимо. Но на ладони остается ее теплое дыхание. Слабое. Слишком слабое. Но все же… Шанс есть…
— Ты кому позвонила?
Уже сам вытаскиваю мобильный. Благо, он всегда у меня в кармане брюк.
"
"— Раушскому! Тому, который и вас с детства выхаживал! Помните! Вы тогда тоже с лошади упали! Десять годочков вам было! Все говорили, что ходить не сможете! А он поднял! Он вас на ноги поставил! И ее поставит! Бадрид! Миленький! Хозяяяяин! Умоляю! Умоляю вас! Не надо! Я же! Я же ни при чем! Я ведь как могла! Старалась! Оберегала! Кто же знал! Я как лучше хотела! Отправила ее. Чтоб увидела. Чтоб поняла. Чтоб иллюзий напрасных не питала! Как она! Как моя дочь! Она же девочка еще совсем! Любила вас! Любила! Так любила! Я хотела, чтобы она поняла! Чтобы мечтать перестала! Чтобы увидела! Кто же знал, что она… И Гедеон…
Трясу головой.
Не понимаю, к чему весь этот бред!
— Он же никого. Никогда. Кроме вас не подпускал к себе! Да и не дело для женщины на коней запрыгивать! Я подумать не могла! Я… Я… Бадрид! Я же с детства тебя выхаживала! Пощади! Пощади меня, старую! И так столько всего отнял!
Только теперь замечаю, что в руках у меня ствол.
И тушу Гедеона.
