Знать, что он там… В спальне… С другой… Не глядя на меня, проходя мимо, не замечая…
Я не смогу!
Это…
Да лучше было умереть! Чем слышать каждую ночь эти звуки! Чувствовать, как снова и снова будто живьем с меня сдирают кожу, потому что он ласкает, целует другую… Шепчет ее имя, как когда-то мое…
Резко срываюсь с постели.
Распахиваю окно, шумно, на полную грудь втягивая воздух.
Замираю на миг, прислушиваясь.
Все спят. В саду ни души. Моя надзирательница тоже, кажется, решила оставить меня в покое…
Через дверь все равно не рискну.
Вылезаю через окна.
Стараюсь быть тихой. Бесшумной.
Пролетаю через кусты на задний двор, не замечая, как хлещут по коже острые шипы роз.
Он хуже. Хуже! И его шипы намного, в сто крат страшнее!
Замираю, выглядывая за угол дома.
И здесь ни души. Все тихо.
Осторожно приоткрываю дверь конюшни."
"— Тихо… Тихо, красивый мой… Такой ты красивый… Мальчик…
Осторожно прикасаюсь пальцами.
Глажу осторожно гриву красавца, на котором приехал Бадрид.
— Ну… Не брыкайся…
Улыбаюсь, когда красавец фыркает.
— Мне нужно…. Мне очень нужно с тобой подружиться…
Он опускает голову. Позволяет подобраться ближе. Удивительно, но даже позволяет погладить себя по голове.
Что, его хозяин скуп на такие ласки? Неудивительно. У него же нет сердца!
— Давай, дорогой, — потихоньку вывожу его из стойла.
Запрыгиваю на спину, сжимая пятками.
— Давай, — шепчу на ухо, продолжая гладить гриву. — Нам нужно отсюда выбраться!
Конечно, его я потом оставлю и он вернется к своему хозяину.
Но мне просто необходимо исчезнуть!
Пусть! Пусть после будет трудно!
Но я не могу!
Ни на секунду не могу оставаться дальше здесь, в этом доме!
— Давай! — подстегиваю уже смелее.
Плевать на то, что все заперто. Я знаю место, где ограда самая низкая.
Мы перемахнем через нее и я навсегда избавлюсь от этой боли, что слепит глаза!
— Давай!
Он переходит с шага на бег.
Начинает нестись, будто чувствуя мое отчаяние. Так, что ветер гулко шумит в ушах.
Вот так! Вот так! Еще быстрее!
Еще немного, и я обрету свободу!
— Ааааааааааа!
Только глухой стук.
Грохот. Удар — и будто все кости разносит в крошево.
Чей-то дикий вопль, разрывающий барабанные перепонки… Или это мой?
И… Темнота.
Блаженная темнота, в которую проваливаюсь.
35 Глава 35
Бадрид
Это ад. Пекло.
Такого не было никогда за все время, сколько мы держим на плаву нашу империю. Нашу власть.
Это самое настоящее землетрясение. Потому что удары прилетают, откуда не ждали. Каждый вроде и мелкий.
