Вопреки… И вся его сущность хочет именно этого. От него будто отодрали кусок, большой, незаменимый кусок самого себя, и теперь из-за него больно делать любое, даже малейшее движение. И окажись он сейчас снова рядом, она не сможет держать оборону. Снова сдастся. И так будет продолжаться вечно — срывы, уходы, догонялки, возвращения.
А еще, он может… Дать ей право выбирать. Ей.
Стукнув кулаком о кладку, Яр снова поднес трубку к уху.
— Где вы? — она сказала, что это его жизнь… Но по правде — все, все что было до, и будет после нее — это замена жизни.
Жив он рядом с ней.
— На Красноармейской.
— Хорошо, я скоро буду.
Не давая себе времени передумать, Ярослав развернулся. Ей надо время… Просто время. И он должен дать его. Лишь бы времени понадобилось столько, сколько он сможет выдержать, иначе… Все снова впустую.
Машина домчала до ночного клуба за несколько минут, Снежана ждала у парапета, нервно оглядываясь и постукивая по экрану телефона. Увидев автомобиль Яра, она практически понеслась навстречу.
— Слава, — девушка схватила его за руку, как только дверь открылась. — Он не в себе, я никогда его таким не видела. Его нужно срочно отсюда забрать, пока он не успел ничего натворить!"
"— Сядь в машину, — бросив Снеже ключи, Ярослав направился в здание. То, что Снежа никогда не видела брата пьяным, его нисколечко не удивило. Самое странное — что он, лучший друг, видел его таким всего несколько раз. И все проходили и заканчивались плачевно. Дима совершенно не умеет пить, а потому и не рвется обычно этого делать.
Обычно. А вот что случилось на этот раз — Яр не имел ни малейшего понятия.
Непроходимая завеса дыма и дурмана встретила его еще за несколько метров до входа в здание, музыка тоже грохотала на полную, свет мигал, не давая ни единого шанса рассмотреть, что происходит в зале, и где этот чертов Дима.
Проталкиваясь сквозь дергающуюся под электронную музыку толпу, Яр двигался к бару. Он вряд ли пришел сюда танцевать, а если явился пить — искать его стоит именно там.
Самарский увидел друга не сразу, сложно это сделать, когда всю «видимость» загораживает повисшая на нем девица.
— Ну Димася… — перекрикивая музыку, она пыталась что-то выпросить у совершенно уже не соображающего Димы. Мужчина идиотски улыбался, а чтоб не свалиться бездыханным принцем прямо к ногам возлюбленной на одну ночь, придерживаясь за стойку.
— Оооо, Самааааарский, — увидел друга, Дима заулыбался еще шире, оттолкнул девушку, попытался сделать шаг к Яру.
