Тяжелое дыхание и сверлящий взгляд, который выворачивал наизнанку душу.
— Я совершил ошибку, прости. Этот гребаный тест… Я не должен был…
— Дело не в нем. Не только в нем. Ярослав, ты не даешь мне дышать! Ты постоянно выбиваешь землю из-под ног! И я понимаю, что виной тому моя жизнь и мои проблемы, но я так не могу! С самого начала все было неправильно. С самого начала было понятно, что ничем хорошим это не закончится. Не мучай меня, пожалуйста.
По мере того, как Саша произносила каждое следующее слово, она чувствовала, как в ее душе образовывается новая дыра.
Это похоже на вырезание раковой опухоли, только с учетом того, что она уже везде.
— Нет, Саша, нет, — и ее личная опухоль сопротивлялась изо всех сил. Не слушая протестов, Яр поймал ее губы, заставляя заткнуться. Фонарь над их головами погас, явно посчитав, что свидетели им больше не нужны. — Никогда, я не отпущу тебя.
Он мучил ее бесконечно долго. Мучил хуже, чем когда бы то ни было, заставлял чувствовать именно то, что она хотела спрятать глубоко-глубоко.
Он целовал ее, не давая ни на секунду забыть о том, от чего она сейчас отказывается. Она любит этого человека до безумия. Любит, вопреки всему, вопреки предательству, вопреки жесткости, вопреки здравому смыслу. Любит, и, тем не менее, отчаянно пытается оттолкнуть.
— Нас увидят, — Саша отвоевала себе секунду времени, а потом Яр продолжил пытать и себя, и ее."
"— Плевать. Я не отпущу тебя, — и сил сопротивляться больше не осталось. Обвив шею любимого руками, Саша притянула его еще ближе.
Только полная дура, не имеющая представления о понятии собственного достоинства может отдаваться так рьяно, но видимо, это все о ней, потому что иначе у нее не получается. Яр почувствовал перемену, почувствовал, но верить до конца не спешил. — Я люблю тебя, больше жизни люблю, — он никогда в общем-то не ждал ответа, знал, что для нее это слишком сложно, слишком страшно, слишком серьезно. Но сейчас, переступив уже за грань, хотелось доказать ей чувства словами, мыслями, действиями, всем.
И это почти получилось. Почти… Не хватило лишь капельки везения. Одной маленькой капельки везения.
Она так давно уже не слышала этой мелодии. Даже не сразу поняла, откуда набор нот кажется ей знакомым, а потом… Самарский замешкал лишь на секунду, и этого хватило, чтобы отрезветь. Ему звонила Снежа.
Выскользнув из ловушки, Саша метнулась к двери.
— Так будет всегда, Ярослав! Всегда вокруг будут люди! Всегда вокруг будут проблемы. Закончатся эти, начнутся следующие.
