"
"— А я ни капельки не сомневаюсь. Он же ведь только что вернулся из Японии. Кто знает, что он мог ещё оттуда привезти? Я намерен выудить у него все, как только он вернется из лавки.
— Ну, я, пожалуй, пошел, — сказал молодой человек.
— Нет, постойте немного, хорошо? Может быть, мне снова понадобятся ваши глаза. Надо же так случиться, что именно сегодня я оставил очки дома, вот ведь незадача!
О’Нейл уже выходил из табачной лавки. В руках у него было две десятки, одну из которых он отдал Парсонсу вместе с золотой монетой, а вторую тут же опустил в карман.
— Ну вот, — сказал он, — премного вам благода рен. — Он повернулся и собрался было уходить, но Парсонс, положив руку ему на плечо, удержал его.
— Вы вот тут говорили… гм… что там можно приобрести множество всяких вещиц во внутренних областях. Что… что вы подразумевали под этим?
— Да разные там побрякушки, — ответил О’Нейл.
— Например, какие?
— Ну, я, например, купил там немного жемчуга, — сказал О’Нейл.
— И, кстати, очень жалею, что сделал это.
— Почему?
— Да потому, что мне пришлось выложить за него огромную сумму, которая очень пригодилась бы мне сейчас.
— И во что же вам обошлась покупка? — спросил Парсонс.
— В пятьсот долларов. — О’Нейл проговорил это так, будто речь шла о золотом запасе страны.
— А жемчуг настоящий?
— Конечно. И притом черный.
— Черный жемчуг? — спросил Парсонс.
— Ага. Вот, пожалуйста, можете посмотреть. — Он сунул руку в карман и вытащил оттуда небольшой кожаный мешочек.
Он развязал стягивавшую его тесемку и вытряхнул часть содержимого на ладонь. Собственно, жемчужины не были черными. Они только отсвечивали дымчатым цветом.
— Вот, пожалуйста, — сказал О’Нейл.
— И что — у вас их целый мешочек? — спросил Парсонс, взяв одну жемчужину и внимательно разглядывая её.
— Ага. Их там около сотни. Парень, у которого я купил их, был старым японцем, совсем старым.
— А вы уверены, дто они настоящие?
— О, ещё бы, — сказал О’Нейл.
— Не искусственные?
— Разве я похож на человека, который выложил бы пять сотен за искусственные?
— Нет, конечно. Я полагаю, что вы не сделали бы этого, — Парсонс бросил торопливый взгляд на молодого человека, а потом снова обернулся к О’Нейлу. — И вы… вы хотите… Вы хотели бы продать и их?
— Так я же уже рассказывал вам, — сказал О’Нейл, — что из армии меня демобилизовали прямо здесь, а живу я на Юге.
