— Что ты ищешь? — спрашивает Рустам.
— Пить хочу, — гулко сглатываю, прочищаю горло. — Минеральную воду. С газом. У нас найдётся такая?
Вместо ответа муж поднимается с кровати, скрывается в полутьме на минуту, не дольше. До меня доносится звук открываемой пробки и характерное шипение. Вскоре Рустам уже подаёт мне бокал, наполненный искрящейся жидкостью до краев.
Я делаю несколько крупных глотков. Пузырьки лопаются на языке. Щекочут нёбо, чуть отрезвляя.
— Спасибо, — возвращаю пустой бокал.
— Ты голодна? — спрашивает Рустам.
— Только по тебе, — выпаливаю правду как на духу."
"От признания веет такой порочностью, что мои щеки моментально вспыхивают. Я смущаюсь, но отказываться от задуманного не собираюсь. Приподнимаюсь, занимаю более удобное положение, устраиваюсь на самом краю кровати. Опускаю ладони на широкий кожаный ремень, слегка поглаживаю. Смотрю на супруга, слежу за его реакцией.
Рустам ничего не делает. Даёт мне полную свободу.
Я стою перед ним на коленях, запрокидываю голову назад, изучаю мужчину, прищурив глаза.
Расстегиваю его брюки, вытягиваю ремень из шлеек. Выполняю все эти действия практически на ощупь, ведь я не способна отвести взгляд от красивого и мужественного лица, которое будто высечено из гранитного камня.
Вздрагиваю, задевая пальцами выразительный бугор. Провожу руками по мускулистым ногам. Ткань брюк не скрывает огонь, исходящий от этого сильного и мощного тела.
Идеальное оружие. Смертельно опасное. Весь он такой. Убийственный. Поражающий наповал.
Горячо. Мне становится безумно горячо.
Везде.
Сердце колотится настолько неистово, что кажется, ещё совсем немного — и вылетит на свободу из грудной клетки, мигом выломает ребра. Я и правда ощущаю себя так, словно совершаю подобное в первый раз.
Стягиваю брюки вниз. Высвобождаю вздыбленный член. Огромный орган шлепает меня по подбородку, потому что я просто не успеваю уклониться.
Застываю. Замираю перед ним. Какой же он гигантский, просто исполинский. Особенно здесь. Черт, никогда не привыкну.
Рустам кладёт ладонь мне на щеку, осторожно поглаживает, едва дотрагиваясь до разгоряченной кожи.
— Ты уверена, что хочешь этого? — спрашивает он. — Наша первая ночь. Спешить некуда. Ещё успеешь набраться опыта. Научишься потом.
— Ну раньше я уже…
Я начинаю и замолкаю. Так. Это часть игры. Надо поддержать роль, продолжить забаву. Внутри разгорается азарт.
— Я хочу, чтобы ты был первым везде, — выдаю уверенным тоном. — Первым и единственным.
От этих слов у него башню сносит.
