И то определенного вида. Игра на публику. Но тут я понимаю, что сдержаться нельзя, попросту нереально.
Крик пробивает грудь, продирает горло. И пот струится по телу, прошибает насквозь. И дрожь раскалывает на части, сотрясает каждую мою клетку раз за разом.
Нет-нет. Прежде так было нельзя. Прежде я не была готова.
Мысли спутываются в огненный клубок, обжигают сознание.
Я взрываюсь. Взлетаю и обрушиваюсь вниз осколками. Разбиваюсь.
— Принцесса, — хрипло произносит Рустам, трется щетиной о мои голые бедра. — Моя маленькая.
Какая же ты невинная. Неискушенная. Я тебя пью — и дурею. Мозг на хрен вырубается.
Он покрывает поцелуями мои ноги. Прикасается через чулки. Поднимается выше и выше, отбирает юбку, выдергивает складки ткани из моих нервно подрагивающих пальцев и расправляет платье. Действует осторожно и бережно. Приводит наряд в порядок.
Я начинаю замечать детали.
Пылающие свечи расставлены по всей комнате. Пламя отплясывает бесовские танцы прямо перед моими глазами. А еще лепестки роз. Красные и белые.
Щедро рассыпаны повсюду. На кровати. На полу. На предметах мебели.
Мы так буйно сюда ворвались, что я не придала никакого значения окружающей обстановке. Теперь выныриваю из тягучего морока, отстраненно отмечаю штрихи. Красивое оформление.
— Это того стоило, — заключает Рустам, укладываясь рядом, ведет ладонью по моей тяжело вздымающейся груди, слегка сдавливает.
— Что? — почти всхлипываю, ведь кружевной лиф никак не защищает от жара сильных пальцев и складывается впечатление, точно мужчина держит мое сердце в своих руках.
— Все, — усмехается. — Абсолютно все.
— Не понимаю, — лихорадочно облизываю пересохшие губы.
— Ты стоила того, чтобы ждать, — чеканит. — Наша близость — тоже. Мы долго ждали друг друга. Долго к этому шли. Зато теперь оторвемся. Будем кайф вечно ловить.
— Боже, ты опять читаешь мои мысли? — невольно улыбаюсь. — Даже те, которые толком не успеваю подумать.
— Мы на одной волне, — обводит контур моего рта. — У влюбленных такое бывает.
— Да, — роняю коротко и, повинуясь неясному порыву, прикусываю его палец, жестко прихватываю зубами.
Дерзкий вызов. Нахальный.
А потом я вдруг отпускаю мужа и отстраняюсь. Оглядываюсь по сторонам, повинуясь безотчетному инстинкту, пытаюсь совладать с голодным трепетом во всем теле. Внутри разверзается бездна грешных желаний.
Как побороть искушение, если совсем не тянет сражаться? Разве подобное вообще реально? Я рефлекторно мотаю головой, словно надеюсь развеять жаркое марево.
