Магистр Огинхельм впечатлился. Эльф долго рассматривал наше творение. Творение, в свою очередь, с чисто женским превосходством оглядывала стройного ушастого красавца. Судя по их лицам, оба были довольны тем, что видели.
– Магистр, – позвала я. – Вы нам засчитываете отработку наказания?
– Что? – встрепенулся пораженный в самое сердце мужчина. – А! Да-да! Свободны, адепты.
Остаток дня, посвященного богине любви, я провела в библиотеке. Рискнула оттуда высунуться только тогда, когда все школяры угомонились.
Страшно ведь было! Наткнусь еще в общежитии на жертв моих купидонов и амурок, прилетит мне тогда… возмездие. Так что в женский корпус я шла в темноте, прячась за деревьями. Мышкой проскользнула в холл и уже почти дошла до лестницы, как меня окликнула госпожа Каруда:
– Эй, шалунья! Поди-ка сюда! – И поманила в свою каморку.
Я поморщилась от досады, что меня застукали, и послушно направилась к ней.
– Забирай свои подарки, – улыбаясь, сказала зеленокожая женщина и начала выкладывать на стол открытки с нарисованными сердечками и букетами цветов, комментируя их: – Эта от какого-то блондинчика.
Эта от еще одного блондинчика. Вот эта уже от брюнетика. Так, эта… эта тоже от брюнетика. А вот эту… кажется, шатенчик какой-то приволок. Запамятовала. Еще коробка конфет.
Она выложила передо мной коробку конфет и открыла крышку. Я подняла брови, разглядывая наполовину пустые ячейки, а комендантша сказала:
– Но я тебе эти конфеты не отдам. Очень вкусные… Цыть! – шлепнула она меня по руке, так как я попыталась взять хотя бы одну «очень вкусную конфету» из моей коробки.
– Говорю же, очень вкусные, но с приворотным зельем! Мне-то все равно, на меня такая ерунда не действует, а ты превратишься в блаженную влюбленную дурочку. Оно тебе надо?
– Не надо! – отдернула я руку.
– Вот и я думаю, что не надо! – согласилась она со мной и выложила вскрытую и початую здоровенную шоколадку. – А вот это можешь спокойно есть. Здесь ничего лишнего нет.
Я с опаской посмотрела на сладость, и Каруда поняла мои сомнения:
– Да ешь, ешь.
Я проверила. И орехи можешь спокойно есть, с ними тоже все в порядке.
Рядом с шоколадкой и открытками плюхнулась жестяная банка с засахаренными орешками.
– А все эти сладости от кого?
– Не помню. Весь день девчонкам тащили что-то, так я раскладывала по кучкам. Съестное все проверила, а то потом лови вас, дурех, по ночам в мужском корпусе. Но что и от кого, запомнить сложно.
