Но что ответит Зоуи? Сможет ли она преодолеть этот соблазн? Если фея влияет даже на нас, кто просто стоит в этой же комнате, что же переживает Зоуи?
И что ответила бы она, если бы я не появилась в этом мире?
— Н-нет, — с явным трудом выдавила из себя Зоуи. — Я хочу, чтобы Кристофер был жив и здоров, мне нужно именно это.
Опять зашипела возмущенно фея, заметалась по комнате в ярости, светясь, словно шаровая молния. Я с трудом удержалась, чтобы не отшатнуться от нее, остаться неподвижной, как советовал принц.
— А ты не хочешь богатства? — вновь вернувшись к Зоуи, продолжила фея нашептывать-напевать, теперь она вилась во круг ее головы, и я почувствовала запах паленого — кажется, существо слишком близко подлетело к растрепанным волосам девушки, но та оставалась неподвижна. — Есть на золоте, покупать себе самые красивые и дорогие вещи. Подумай, ты же боишься бедности, боишься долгов и кредиторов, того, что они придут и выгонят тебя из дома на улицу, отнимут все твои вещи, — я почувствовала, как начинают замерзать мои ноги и руки, буквально на себе ощутила этот ужас — остаться одной на улице в какой-то канаве в одних обносках и с голодным животом.
Нищенствовать и побираться. — Если у тебя будут деньги, ты сможешь сделать так много, ты сможешь восстановить дом и репутацию рода, выплатить долги. Ты хочешь этого? Ведь хочешь?
Зоуи чуть пошатнулась, так тяжело ей было выдерживать этот прессинг:
— Я хочу быть... с Кристофером, без него никакое богатство мне не нужно. Я хочу, чтобы он был здоров.
Фея шипела, потрескивала, будто огонь, на который вылилась вода, сверкала и рассыпала искры, стрекотала маленькими молниями, предлагая, соблазняя, пытаясь то напугать, то очаровать. У меня пот потек по спине, мышцы сковало напряжение. Фея предлагала разное: и божественную красоту, что привлечет любого мужчину, и вечную молодость, но Зоуи всякий раз отказывалась, пока потустороннее существо, наконец, не сдалось.
— Ладно, — почти нормальным писклявым голосом выдала фея и пролетела над Крисом.
Она зависла над его животом, и халат его сам собой распахнулся, повязки распались, будто их срезали, оголяя окровавленный живот и рану. — Фея спустилась ниже, постепенно сияние ее померкло, и, когда она осела на его живот, уже почти не светилась. Существо склонилось и несколько раз лизнуло кровь, заставив раненного застонать сквозь стиснутые зубы. — А чем ты заплатишь? — подняв окровавленную мордочку, спросила фея.
— Я...
