Когда она потянула обувь на себя, подставка просто упала на пол и разбилась на несколько частей, но Зоуи этого даже не заметила. Руки ее дрожали, когда она поставила туфельки на пол.
— Не надо! — я дернулась вперед, но Грегори меня удержал.
Туфельки сейчас, казалось, переливались всеми цветами радуги, будто их специально подсвечивали, хотя прежде не светились так сильно и в ясный день. Зоуи посмотрела на меня решительно и произнесла:
— Ты сама сказала, только для крайнего случая. Это он и есть.
— Нет... — прошептала я.
Но она уже опустила ступню в плен прозрачного хрусталя. Было видно, как прозрачная туфелька постепенно заливается красным, будто она порезалась о внутренние грани, и теперь кристалл заливается кровью. Зоуи застонала мучительно, но, держась за стол, устояла на ногах и засунула и вторую ногу. Прежде прозрачные туфельки теперь казались скорее рубиновыми.
Свет в комнате постепенно начал гаснуть, будто огонь свечей был не в силах осветить и полуметра вокруг, только туфельки продолжили переливаться, разбрасывая вокруг алые блики.
А потом яркая вспышка ударила по глазам, в комнату ворвался сильный ветер, разбивая стекла оставшегося целым после воров окно. И следом за ветром в комнату влетела золотая шаровая молния сантиметров двадцать в диаметре.
— Не двигайтесь и не говорите, — велел позади напряженно Джозеф.
И в тот же миг извилистая молния ударила в стену рядом с его головой. Фло глухо ахнула и зажала себе рот рукой.
Шаровая молния зависла в центре комнаты, будто вращаясь, мне померещился направленный на меня полный злости взгляд, но затем это ощущение прошло, и она поплыла в сторону Зоуи.
Постепенно яркий свет, исходящий от странного существа, начал ослабевать, и я смогла увидеть ее: фею. Это было похоже и непохоже на все описания фей, которые я встречала. Человечек с удлиненным телом, тонкими ручками и ножками летел на стрекозьих крыльях. Но он не был похож на описания прекрасных эльфов, как в земных фильмах. Несоразмерно-большая округлая голова, два огромных фасеточных глаза, словно на увеличенных фотографиях мух, без век и ресниц, сглаженный холмик вместо носа и широкая пасть с тонкими губами, полная острых зубов.
Увидев это существо, я ни за что не подумала бы назвать его «феей-крестной» из сказок. Это было нечто иное, непонятное, чуждое людям.
— Чего ты желаешь, наследница вора? — голос существа зазвучал в кабинете, одновременно высокий и низкий, громогласный и шепчущий, не поддающийся описанию.
