Надо же, какой благородный наследник великого рода Викторфов — бросил обесчещенную невесту, просто чтобы насолить младшему брату и отбить его избранницу.
— Это невозможно, — в горле пересохло, язык прилип к небу и едва шевелился. Я не мог вообразить такого бесчестья в своей семье, просто не мог. Но о том, что у брата была какая-то названая невеста еще с юности, знал, правда, не интересовался, как они расстались.
— Ваши родители все знали, — ухмыльнулся Макнафер. — Хоть и бастард, а все же родная кровь, старший из внуков.
Бабушка частенько навещала меня в приюте при том самом монастыре, куда матушку заперли. А дед оплатил мое обучение. Он был против того, что отец бросил мать и сменил невесту, ведь барон Макрис был его хорошим другом. Но вам ведь известно, насколько ваш брат был упрям и своеволен. Думаю даже, что эта история сильно подорвала здоровье деда.
— Я не верю...
— О, мои слова легко проверить. Спросите старых слуг имения, поднимите финансовые документы. «Благотворительные взнозы», так это называлось.
— Не может быть, — я чувствовал, что земля уходит у меня из-под ног."
"— После смерти деда, однако, отец отказался оплачивать мое обучение, он всегда хотел просто забыть эту историю. Когда я явился в его дом в пятнадцать, заявил, что лучше бы я умер во младенчестве, и что он не собирается откупаться от этой истории деньгами, которые должен унаследовать его сын. Правильный сын, наследник, а не я — позор моей матери, свидетельство его бесчестья. Он даже имел наглость заявить, что вообще не уверен, что я его сын.
Раз невеста поддалась его уговорам до брака, кто знает, быть может, ее еще кто-то «уговорил»? — Макнафер говорил это с горькой ухмылкой, и я смотрел на него, и видел наши наследственные черты в его темных волосах, в форме его породистого носа. Боги, как я не замечал этого прежде?
— И как... вы... откуда взялось ваше состояние?
— Несмотря ни на что, бабушка любила меня, — пожал он плечами. — После смерти деда она ушла в тот же самый монастырь и отдала свою вдовью долю, чтобы выучить меня, продала личные драгоценности и еще кое-что.
Все просила ее простить, что не смогла воспитать достойного сына. Ведь меня от того, чтобы быть наследником герцогства отделял лишь один шаг — если бы отец сдержал слово и женился на матери, все могло бы быть иначе... Я отучился в капитанской школе: ходил на кораблях в самые гиблые места, выжил чудом, но, наверное, удачливость рода Викторф мне хотя бы досталась в полной мере.
