Заметила, как от искренней улыбке морщинки разошлись лучиками от внешних уголков его глаз, ему понравилось, что я оценила шутку, а Зоуи лишь вежливо улыбнулась, кажется, не до конца все поняв.
Как и в прошлый раз, слуги проводили нас в будуар, где можно было оставить плащи, поправить макияж и прически.
— Не ожидала, что будет такой скандал. Надеюсь, господин Макнафер одумается, — произнесла Флоренс, аккуратно поправляя помаду.
— Почему? — я посмотрела на нее удивленно.
— Что? — не уловила она.
— Почему ты не ожидала скандала?
Фло удивленно переглянулась с Трис, та ответила таким же недоуменным взглядом:
— Всем было известно, что их помолвка — дело уже решенное, — медленно произнесла та.
— Кому «всем»? — я начала злиться. Девочки опять переглянулись с недоумением. — Вы... вы действительно решили больше полагаться на какие-то сплетни, вместо того, чтобы спросить у меня или у Зоуи, что происходит?
— Но мы думали... — растерянно протянула Трис.
— Конечно, он поторопился с костюмом в тон, если переговоры об условиях помолвки еще не окончены, но.
.. — добавила Фло.
— Я говорила вам о помолвке? Или о переговорах?
Они опять переглянулись:
— Служанки рассказывали, что господин Макнафер заезжал в дом с подарками. И после... ты всегда была с ним приветлива... и мы подумали, что люди не будут зря говорить...
— Вы... — я прикрыла глаза и попыталась взять себя в руки. — Вы зазвездились, девочки, — сказала откровенно. — Вы поставили мнение посторонних людей выше своей семьи. Вы перестали с нами общаться, перестали доверять.
Вы хоть слышите, как это звучит: вы, члены нашей семьи, больше доверяли слухам, чем тому, что я озвучивала во время наших обедов. Почему вы ни разу не спросили? Неужели это так сложно? Я надеюсь, вы хотя бы не пытались «помогать» как-то господину Макнаферу добиться Зоуи?
— Нет, с чего бы? — возмутилась Трис.
— И то радость, — кивнула я.
Они потупились, но потом Трис упрямо поджала губы:
— Это ты поставила интересы Зоуи выше интересов нашей семьи! — она покосилась на Фло в поисках поддержки, но та хмуро молчала.
Однако, Трис не стала отступать. — Если бы Макнафер не отступил, то тень общественного осуждения пала бы не только на Зоуи, но и на всех нас. Ты рискнула всем ради нее.
— Я сделала бы то же самое для каждой из вас, — возмутилась я.
— Но она же тебе даже не родная!
— И что? — ответила я совершенно спокойным голосом. — Я люблю всех вас, всех своих детей: и тебя Патрисия, и Флоренс, несмотря на ваше поведение.
