Принцы были оскорблены мыслью, что на королевском балу, за безопасность которого отвечает их семья, случилось такое, Джозеф ворчал себе под нос, а Фло не упускала возможности его поддеть за то, что он бросил Зоуи посреди танца. Один только Грегори стойко держал для меня свечку, закрывая ее от ветра и дождя своим телом.
Кое-как закончив, я одернула платье, попыталась как-то расправить рукав и закусила губу.
— Ну, что? — с надеждой спросила Зоуи.
— Нужно вводить новую моду на прически, — решительно заявила я и, развернув ее к себе спиной, вытащила несколько шпилек из золотистых волос.
Кудри Зоуи к счастью завивались естественным образом, поэтому я некоторое время поколдовала над ними, создавая что-то вроде ассиметричной укладки. Сняла с себя бархотку с шелковым цветком и использовала вместо ленточки, фиксируя кудряшки над пострадавшим плечом, чтобы оттянуть внимание и прикрыть несимметричность рукавов. В целом получилось что-то, отдаленно напоминающее прическу главной героини из фильма про Анжелику.
Улыбнувшись, приобняла ее за плечи.
— Отлично. Этого хватит, чтобы пройти через зал спокойно."
"— Если вы хотите гарантированно избежать сплетен, лучше бы задержаться, пока король и королева не удалятся, хорошо бы в это время потанцевать и быть на виду, — заметил принц Джозеф. — Я мог бы пригласить леди, чтобы загладить свою вину.
— Вряд ли это будет уместно, вы уже танцевали вместе, и ничем хорошим это не закончилось, — мрачно заметила я.
— Миледи, на правах старшего брата прошу вас позволить мне загладить вину младшего, — улыбнулся принц Леон, Джозеф отчетливо скрипнул зубами.
Генерал уже переодел мокрый камзол — слуга принес ему еще один точно такой же прямо на балкон.
Зоуи вопросительно покосилась на меня.
— Решайтесь же, милая леди, — принц Леон, которому я теперь благоволила куда больше, чем Джозефу, протянул Зоуи руку.
Я, вздохнув, все же кивнула, и девушка вложила свои пальцы в мужскую ладонь:
— Только будь осторожна.
Не тряси головой, чтобы прическа не испортилась. И слишком активно не размахивай руками. И...
— Я все поняла, матушка, — кивнула Зоуи.
Глаза ее были все еще покрасневшими, но макияж я подправила, а Зоуи была из тех редких девушек, которых слезы не портили: нос не краснел и не распухал, только в глазах появлялось больше блеска, да губы казались еще более припухшими, чем обычно.
