Он ерзал на неудобном громадном стуле и проклинал про себя вонючих эмигрантов, которые привели его в эту богадельню. Не так часто он бывал в забегаловках такого ранга, но принадлежность к высшему обществу не помешала пренебречь статусом. Он был истым коллекционером церковной утвари и антикварных безделушек. Азарт взял верх над правилами хорошего тона. Вдруг повезет и вещь действительно стоящая! Самое главное – уже на очередном вечернем рауте в своем особняке продемонстрировать избранным новое выгодное приобретение…
Борис поздоровался, уселся за массивный стол и теперь думал лишь о том, как бы не продешевить.
В подлинности иконы он не сомневался. Его компаньоны, люди низкого полета, мечтали выручить шиллингов хотя бы по пятьсот. И на том сказали бы спасибо. Борис боялся, что эти болваны могут все испортить своими запросами, но заранее убеждать их вести себя достойнее не стал, так как сомневался, что им удастся разыскать покупателя на такую вещь.
Одно дело – мелочь, на это у них ума хватало. Борис щедро делился с посредниками, его мало заботило, насколько они «нагревались».
Он называл цену и получал причитающиеся деньги. Работа в приходе уже дала свои плоды. Находились простофили, которые за сворованные им безделицы из церковной утвари платили неплохими купюрами. Все удавалось относительно просто. Хотя если бы не ремонт, затеянный в божьем храме, Борису вряд ли удалось бы уволочь из ризницы и чулана то, что плохо лежало, не вызвав подозрений.
Все, что он транжирил на Леночку, он считал потраченным на себя.
Он рассчитал, что новое дело должно быть последним. Икону Николая Угодника – покровителя мореходов, в узорной рамке из плетеной серебряной проволоки он хотел сбыть сам, без посредников. О том, что есть товар, ляпнул старым приятелям так, без особого умысла. Но те превзошли самих себя. В считаные дни вышли на клиента. Сейчас эти двое дышали в полдиафрагмы, чтобы, не дай бог, не спугнуть коллекционера или чтобы, еще хуже, не рассердить Бориса. Они соображали, что выгоднее – заискивать, поддакивать или вообще молчать.
– Товар у вас с собой? – засуетился клиент.
– Разумеется, все свое ношу с собой, – сострил Борис, коверкая немецкий. Кстати, он хоть и не числился полиглотом, за четыре месяца в стране довольно сносно орудовал чужими словами.
– Хотите показать?
– Не вам, так другому. Желающих хоть отбавляй. Ценителей красоты великое множество. Я, конечно, покажу вам товар, только сначала пива мне и моим друзьям. – Борис набивал себе цену.
