Для этого необходимо все предоставить мне, я не обману ваших надежд… Я никогда вас не подводил, ведь так? Рассчитаюсь с вами в течение трех дней.
Глядя на все со стороны, можно было предположить, что Кабан, это создание с открытым ртом, переваривал все сказанное без малейшего проблеска мысли. Но тут он неожиданно быстро завершил мыслительный процесс и, хлопнув челюстью, буркнул:
– Дело говорит. Мы с попом не договаривались на двойнят, а?! Седой?
Седой по-своему понял, к чему клонит Борис.
Он повел себя иначе – вытащил из кармана финку. Бряцнула кнопка… Седой пошел на Бориса лезвием вперед, выпучив глаза и приговаривая:
– Ты, падло, меня за фраера держишь. Думаешь, я, как этот дебил, поверю в твои сказки? Расскажи это прохожему, на себя похожему! Говори, где двойнята, говори, а то перо в пузо, сука! – заорал Седой, как сумасшедший.
Кульминация произошла до того, как Седой успел докричать. Кабан огрел его сзади своим пудовым кулаком. Когда Седой очнулся, а это произошло не совсем скоро, то не поверил, что это был всего лишь не оснащенный никаким тяжелым предметом кулак, но потом согласился, ведь это был кулак Кабана.
А Боря был доволен. Сработало. Недаром он считал, что немножко разбирается в людях.
* * *А ведь слово надо было сдержать. Сказать всегда легко. Три дня. Борис сам выбрал срок. Выпотрошить Симеона было делом чести. Епископу не удастся свалять дурака, и в этот раз поп не сможет отмахнуться от неопровержимых фактов…
Постращать его оглаской и надавать как следует по морде? Борису не спалось, он ходил по саду и смотрел на звездное небо.
Он раздумывал над предстоящей операцией: «Если Симеон так дорожит своим местом, то выложит столько, сколько ему скажут. А вдруг нет?»
Червоточило сомнение. Вдруг включит дурика и снова станет нести бред, с пеной у рта доказывая, как все вокруг пытаются его вербовать, а он верой и правдой…
Да! Задача… Но это единственный выход достать деньги.
По крайней мере, он отправится к Симеону не с одними эмоциями, как в прошлый раз. Есть компромат на бородатого. Есть свидетели, которых епископ едва не сделал соучастниками преступления. Правда, от Седого с Кабаном толку мало. Этот неоднородный тандем, как бывало, опять отсидится в роли сторонних наблюдателей. Хорошо, если так. Пассажиры они беспокойные и весьма тревожные.
Все придется сделать самому.
